Имя французского политика, писателя и интеллектуала Филиппа де Вилье известно в нашей стране немногим. А жаль, потому что Филипп де Вилье — искренний друг России и смелый человек, не боящийся называть Крым «исконно русской землёй», а президента Владимира Путина «величайшим главой государства современности». Для этого в нынешней Франции, задыхающейся в удушливой атмосфере леволиберальной цензуры — не только печатных публикаций и публичных выступлений, но и мысли — действительно требуется незаурядное мужество. Это не полемическое преувеличение: многие мои друзья и знакомые из французской академической или журналистской среды в приватных беседах жалуются на интеллектуальную диктатуру, которую установили в Пятой республике леволиберальные «инквизиторы».
Но Филипп де Вилье упрямо идёт не в ногу с французским интеллектуальным мейнстримом. Он потомок древнего аристократического рода, среди его предков был, в частности, граф де Сегюр, блестящий дипломат и посол Франции в Санкт-Петербурге, помимо всего прочего сопровождавший Екатерину Великую в её поездке в только что присоединённый к Российской империи Крым. Вот откуда у де Вилье твёрдая убеждённость в том, что Крым — это Россия. Сам же Филипп де Вилье родился в Вандее, провинции на западе Франции, которую три года не могли усмирить парижские республиканцы во времена Великой французской революции — так упорно сопротивлялись её жители новым безбожным властям.
Упрямство вандейских роялистов в крови ревностного католика де Вилье. Он презирает буржуазную «элиту» Пятой республики и не скрывает своего презрения. Буржуа его очень не любят, пытаются делать вид, что такого интеллектуала в нынешней Франции не существует, что вся французская мысль сегодня — это такой коллективный Бернар-Анри Леви, но отправить де Вилье в игнор не получается. Его книги — а он пишет их в среднем по одной в два года — мгновенно становятся бестселлерами. Например, в 2015 году книга де Вилье «Пришёл момент сказать, что я думаю» была признана книгой года во Франции и разошлась тиражом более 200 тыс. экземпляров — о таких тиражах большинство франкоязычных авторов могут только мечтать.
Вполне вероятно, что новая книга Филиппа де Вилье, которая появится на прилавках книжных магазинов 6 марта, тоже станет бестселлером. Название у неё, правда, не слишком «рыночное» — «Я потянул за нитку лжи, и всё вылезло наружу». Но вот содержание…
«Это атомная бомба», — говорит о книге её автор. И журналисты Le Figaro, опубликовавшие накануне старта продаж наиболее «взрывоопасные» фрагменты нового расследования де Вилье, с таким определением согласны.
Я не случайно употребил термин «расследование». Критики и противники де Вилье часто называют его «конспирологом», но это всего лишь попытка наклеить ярлык несерьёзности на человека, который находит в себе смелость смотреть на вещи своими глазами, а не через предписанные либеральной диктатурой розовые или чёрные очки. И неожиданно выясняется, что если рассматривать с такой точки зрения всем давно и хорошо (вроде бы) известные предметы, то они предстают чем-то совсем другим. В книге де Вилье речь идёт о Евросоюзе.
Оказывается, отцы-основатели ЕС — Жан Монне, Роберт Шуман и Вальтер Хальштейн — были совсем не такими идеалистами, мечтающими о светлом будущем единой Европы без границ и войн, как это 70 лет внушала миру либеральная пропаганда (и как, например, объясняли это нам, студентам Европейского колледжа в Брюгге, где готовят кадры для бюрократических институтов ЕС).
Конечно, и до выхода книги де Вилье было известно, что Монне и Шуман «глубоко сочувствовали» англосаксам, а Вальтер Хальштейн, первый председатель Еврокомиссии, был гражданином Третьего рейха.
А вот о том, что Монне и Шуман были на деле послушными марионетками Вашингтона, сидевшими на финансовой игле Госдепа США, как и о том, что Хальштейн — далёкий предшественник Жан-Клода Юнкера — был в 30—40-х годах видным нацистским юристом и офицером вермахта, «гораздо глубже инкорпорированным в нацистскую машину Третьего рейха, чем это признавалось на протяжении последних 70 лет», первым во весь голос сказал де Вилье.
Даже в «Википедии» можно прочесть, что Хальштейн «был членом некоторых курируемых нацистами организаций, но членом НСДАП не был». Это обеление личности человека, который впоследствии стал одним из главных теоретиков единой Европы, — прямое следствие работы Хальштейна с американцами, в плен к которым он попал в 1944 году (повоевав до этого два года в Северной Африке лейтенантом вермахта). Де Вилье скрупулёзно прошёлся по всем вехам биографии Хальштейна и выяснил, что так и не получивший билет НСДАП Хальштейн был активным членом Федерации национал-социалистических юристов, основанной в 1928 году Гансом Франком, будущим палачом Польши. Члены этой федерации, как было записано в её уставе, «воплощали правовое мышление национал-социализма».
И если бы Хальштейн был просто одним из сотен рядовых членов Федерации нацистских юристов! Нет, на него была возложена крайне важная задача: Хальштейн должен был заложить правовые основы для объединения континента, после того как немецкое оружие сковало бы Европу «от Атлантики до Урала» в единую стальную махину под сенью орла Третьего рейха. Проект этот назывался Das neue Europa — «Новая Европа».
В мае 1938 года большая делегация Третьего рейха — 500 человек на трёх хорошо охраняемых поездах — прибывают в Рим по приглашению Муссолини и короля Виктора Эммануила (для их встречи была выстроена специальная железнодорожная станция). Делегацию возглавляет сам фюрер, с ним Гесс, Геббельс, Гиммлер, фон Риббентроп и покровитель Хальштейна Ганс Франк. После посещения оперы Верди гостям устраивают роскошный гала-ужин, на котором Ганс Франк подчёркивает особые заслуги «молодого профессора Хальштейна из Ростока» и выражает восхищение тем, что европейцам «даст немецкая наука о праве». А в январе 1939 года — до начала Второй мировой остаётся чуть больше полугода — Хальштейн читает в Ростоке лекцию «Правовое измерение Большой Германии».
И там звучат такие слова: «Создание великого немецкого рейха — это не только политический факт, акт фюрера вселенского масштаба, один из тех актов, которые опрокидывают карту Европы и отвечают давнему желанию людей, но и историческое и юридическое событие исключительной важности. Необходимо не только отремонтировать полуразрушенный старый дом, но и построить просторное новое здание для растущей семьи».
В этом грандиозном замысле, по мнению де Вилье, в значительной мере отражена европейская наднациональная идеология.
После крушения рейха Хальштейн был очень быстро освобождён американцами и вернулся во Франкфурт-на-Майне, где стал первым избранным директором университета. Неплохая карьера для человека, разрабатывавшего для Гитлера юридические нормы объединения «новой Европы»!
Но дальше ещё лучше. Хальштейна приглашают работать в США, и он два года преподаёт в Джорджтаунском университите в Вашингтоне. А вернувшись в Германию, как сухо сообщают источники, «работал над образованием ФРГ», служил статс-секретарём при федеральном канцлере, разработал «доктрину Хальштейна», направленную на изоляцию ГДР на международной арене, выступал за налаживание тёплых и дружеских отношений с Израилем (знал бы об этом его повешенный в Нюрнберге покровитель Ганс Франк!). И наконец, в 1958 году став первым председателем Европейской комиссии, пробыл на этом посту до 1967 года, когда де Голль все же заставил его уйти в отставку — бравый генерал очень не любил бывших нацистов, как бы удачно они ни маскировались…
После откровений о нацистском прошлом главного юриста единой Европы «компромат», который де Вилье раскопал на других отцов-основателей ЕС, Монне и Шумана, кажется не таким убойным. И тем не менее источники, которые он обнаружил, свидетельствуют: с первых шагов единой Европы она создавалась на американские деньги.
Вот, например, Монне в 1957 году просит у своего друга Шепа Стоуна, бывшего сотрудника американской разведки (а мы-то знаем, что разведчики бывшими не бывают!), который теперь работает под крышей Фонда Форда, грант в размере $100 тыс. (почти 800 тыс. евро в ценах 2018 года). Проходит несколько дней, и Монне получает телеграмму от Стоуна: деньги будут, но не $100 тыс., а $150 тыс. (1,18 млн евро по нынешним ценам). Деньги переводятся со счетов Chase Manhattan Bank. Самой серьёзной деталью в американских платежах Жану Монне, пишет де Вилье, являются его контрагенты. Президентом Chase Manhattan Bank в этот период является не кто иной, как Джон Макклой, офицер военной разведки, отвечавший во время Второй мировой за Алжир, входивший в администрацию Франклина Рузвельта, а впоследствии президент Фонда Форда. Американская разведка, Белый дом, американские банки и фонды — вот три кита, на которых возводилось здание будущего ЕС.
Деньги будут поступать регулярно. «Монне к этому привыкнет», — пишет де Вилье. Второй грант поступит в 1960 году тоже на сумму $150 тыс. (1,381 млн евро в ценах 2018 года.). Третий — в 1963 году в том же размере. Для их акцептирования будет создан специальный Центр документации Жана Монне, тесно связанный с его же комитетом. Всё больше попадая в зависимость от американского финансирования, Жан Монне становился всё более послушной марионеткой Вашингтона.
С точки зрения де Вилье, американцы использовали подсевшего на их финансовую иглу Монне для того, чтобы нейтрализовать опасный для них союз между французским президентом де Голлем и западнонемецким канцлером Аденауэром, подписавшими в 1963 году Елисейский договор о примирении и дружбе. Этот договор, считает де Вилье, «впервые заложил основы для истинной политической кооперации в сфере международной политики, обороны и образования между Францией и Германией. Вашингтон не желал такой Европы, Европы Отечеств».
Чтобы не допустить создания мощного союза двух крупнейших национальных государств Западной Европы, Монне по указке американцев провёл «операцию по саботажу, изменившую ход истории». Под его влиянием депутаты немецкого бундестага добавили к Елисейскому договору знаменитую «атлантическую преамбулу», в которой подчёркивалось, что приоритетные отношения у ФРГ всегда будут с США, а не с Францией. Кроме того, в преамбуле говорилось о германском единстве, что шло вразрез с интересами де Голля, который всегда предпочитал иметь дело с разделённой Германией.
Используя своего агента Монне, американцы выхолостили национальное содержание Елисейского договора и утвердили свою стратегию, которая заключалась в том, чтобы ограничить как внешнеполитическое превосходство Германии, так и растущую мощь Франции передачей части национальных полномочий по принятию решений в Брюссель.
За выполнение этой операции Центру документации Монне был перечислен четвёртый грант — в 1964 году. Но на этом «благотворительность» закончилась, и в 1966 году Центр документации Монне был закрыт.
На самом деле американские деньги не были благотворительностью. «Есть американские приказы, которые следовало исполнять, — пишет де Вилье, — это, конечно, лоббирование, пропагандистские операции и т.д. Это также регулярное предоставление конфиденциальной или даже секретной информации, предназначенной для того, чтобы дать американской дипломатии бесценные сведения, касающиеся всех секретов европейской обороны… Центр документации Монне тесно сотрудничает с европейскими сообществами. Секретная информация, собранная в Брюсселе, пересекает Атлантику и поступает в Вашингтон… Вся бесценная информация об энергетической политике Европы, степень ресурсной и сырьевой зависимости Европы от внешнего мира, слияние компаний являются предметом специальных секретных досье, которые передаются, читаются, перечитываются и обрабатываются в Госдепартаменте в Вашингтоне».
Агентом американской разведки был и финансист Роберт Шуман, второй отец-основатель ЕС, которого даже пытались причислить к лику святых за его вклад в укрепление франко-германских мирных отношений. В книге де Вилье утверждается, что Шуман находился в состоянии «полного подчинения» разведчикам иностранной державы — пусть даже такого ценного союзника Франции и Германии, как США. Все детали финансирования Шумана со стороны Американского комитета объединённой Европы, созданного после войны Диким Биллом Донованом, бывшим главой американской спецслужбы УСС, из которой выросло ЦРУ, отражены в его переписке с американскими хозяевами, сохранившейся в архивах благодаря небрежности секретарей, не следовавших строгим инструкциям.
Вывод де Вилье таков: унификации Европы хотели американцы, но денег у них на это просили европейцы, а точнее, их европейские агенты.
Созданный платными агентами американской разведки, сливавшими своим хозяевам военные и промышленные секреты европейских стран, стоящий на юридическом фундаменте, заложенном одним из столпов нацистской юриспруденции, готовившим правовое обоснование «новой Европы» Гитлера, Европейский союз раскрывается в книге де Вилье со своей самой тёмной стороны.
Все претензии, которые де Вилье предъявляет Европейскому союзу, — размывание национальных идентичностей, отречение от христианского наследия, губительная толерантность по отношению к ордам новых варваров-мигрантов — уходят корнями в те времена, когда американцы создавали объединённую Европу по своим лекалам. Их главной целью было получить выгодный США огромный рынок, не допустить стратегического двойного союза Франции и Германии и держать у западных границ СССР щит, который не жалко. Вот неприглядная правда о Европейском союзе, встающая со страниц книги Филиппа де Вилье.
Де Вилье профессионально — на зависть академическим историкам — работает с источниками. Его 400-страничный труд включает в себя сотню приложений со ссылками на архивы и рассекреченные досье. В общем, это не журналистская скороспелая поделка, единственной целью которой является скандал, или, как нынче модно выражаться, хайп. Это плод многолетней очень серьёзной и кропотливой работы. Тем ошеломительнее выводы, к которым подводит читателя де Вилье.
Здание Европейского союза и без того раскачивается из стороны в сторону (29 марта должен состояться брексит, приближающийся с неумолимостью курьерского поезда), а тут ещё этот невыносимый Филипп де Вилье со своей неудобной правдой. Отмахнуться от неё вряд ли получится, хотя, конечно, книгу де Вилье наверняка попробуют утопить в океане молчания. Но, учитывая, что книга выходит в свет меньше чем за три месяца до выборов в Европарламент, на которых реальный шанс победить будет у евроскептиков, я бы на это не рассчитывал.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
12:03
11:49
11:12
11:39
10:52
18:00
12:51
12:22
10:04
15:55
15:09
14:54
14:23
13:55
13:05
17:59
17:59
17:59
17:04
16:25
14:59
14:48
13:06
10:02
21:45
17:41
16:48
16:19
16:44
15:33
15:28
15:18
14:36
14:03
10:27
09:48
12:07
10:44
19:45
19:27
19:04
11:45
11:16
10:05
09:22
16:23
16:09
15:23
17:19
17:05
| Вс | Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | |
| 1 | |||||||
| 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | |
| 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | |
| 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | |
| 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | |
| 30 | 31 | ||||||
16:17
10:00
12:58
15:39
09:49
13:25
14:04
12:51
15:28
12:39
13:24
13:02
12:39
15:08
11:15
14:33
12:26
11:23
13:25
15:19
14:27
15:16
12:13
15:14
14:44
13:25
11:06
13:12
11:13
14:15
11:26
09:35
11:41
10:37
10:55
12:28
12:13
12:51
11:35
10:45
16:51
10:21
14:27
12:37
11:23
13:03
10:47
13:03
13:15
14:58
