Министерство иностранных дел Республики Арцах распространило заявление в связи с продолжающимися со стороны азербайджанских властей спекуляциями вокруг формата переговоров и правовых основ урегулирования азербайджано-карабахского конфликта. «Арменпресс» представляет заявление МИД Республики Арцах:
В связи с продолжающимися спекуляциями азербайджанских властей относительно формата переговоров и правовых основ урегулирования азербайджано-карабахского конфликта считаем необходимым отметить следующее.
Азербайджанские власти настойчиво пытаются представить принятые в 1993 году резолюции Совета Безопасности ООН по Нагорному Карабаху (Арцаху) в качестве правовой основы урегулирования азербайджано-карабахского конфликта. Подобный подход является одним из наглядных примеров произвольного толкования азербайджанской стороной данных документов.
В этой связи необходимо отметить, что для урегулирования локальных конфликтов, особенно тех, которые не представляют угрозу международному миру, Устав ООН предписывает обращаться, в первую очередь, к региональным организациям. Этим подходом руководствовался СБ ООН и в отношении азербайджано-карабахского конфликта, воздержавшись от прямых посреднических инициатив в поддержку усилий СБСЕ/ОБСЕ, что прямо зафиксировано в резолюциях. Именно по этой причине СБ ООН не устанавливал ни параметров, ни принципов урегулирования азербайджано-карабахского конфликта. Согласно позиции международного сообщества, выраженной в резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН о сотрудничестве между ООН и ОБСЕ, а также заявлениях Генеральных Секретарей ООН, вопрос политического урегулирования азербайджано-карабахского конфликта находится в ведении ОБСЕ, которая выдала мандат США, России и Франции на осуществление посреднической деятельности.
Кроме того, как и любые другие документы, резолюции СБ ООН не могут рассматриваться вне контекста времени и обстоятельств их принятия. Все четыре резолюции были приняты в период активных боевых действий и преследовали цель положить конец войне и начать политический диалог для достижения урегулирования исключительно мирными средствами посредством переговоров, как того требует Устав ООН. Подтверждением тому, что Совет Безопасности ООН не занимался вопросом политического урегулирования азербайджано-карабахского конфликта, служит и тот факт, что, после заключения Арцахом (Нагорным Карабахом), Азербайджаном и Арменией бессрочного Соглашения о полном прекращении огня и военных действий от 12 мая 1994 года, он больше не принимал резолюций по Арцаху. Необходимо особо подчеркнуть, что резолюции СБ ООН не были реализованы именно из-за позиции Азербайджана, который категорически отказывался своевременно и в полной мере выполнить основное требование всех резолюций - незамедлительное прекращение огня, всех военных действий и враждебных актов. В течение года с момента принятия первой резолюции и до заключения в мае 1994 года бессрочного Соглашения о прекращении огня азербайджанская сторона неоднократно срывала договоренности о временном перемирии либо отказывалась их продлевать. На фоне нежелания гарантировать мир и связывать себя обязательствами по прекращению боевых действий, апелляции официального Баку к резолюциям СБ ООН преследовали цель достичь военного преимущества для продолжения войны.
Кроме того, проводимая Азербайджаном целенаправленная политика дестабилизации обстановки на линии соприкосновения вооруженных сил Арцаха и Азербайджана, его нежелание осуществить меры в целях укрепления доверия и снижения напряженности, поощрение ксенофобии и ненависти в отношении армян, отказ от ведения прямых переговоров с Арцахом, попытки всеми возможными способами изолировать его, а также воспрепятствование посещениям Арцаха представителями специализированных гуманитарных организаций идут вразрез с целым рядом требований и призывов, содержащихся в резолюциях Совета Безопасности ООН, а именно: воздерживаться от любых действий, которые затруднят мирное урегулирование конфликта (резолюции 822, 853); немедленно прекратить все военные действия и враждебные акты в целях установления прочного прекращения огня (резолюция 822); вести переговоры посредством прямых контактов между сторонами (резолюция 853); обеспечить скорый созыв Минской конференции СБСЕ в целях достижения урегулирования конфликта путем переговоров (резолюция 874); восстановить экономические, транспортные и энергетические связи в регионе (резолюция 853); обеспечить беспрепятственное осуществление международной деятельности по оказанию гуманитарной помощи (резолюции 822, 853, 874).
Саботаж Азербайджаном резолюций, его попытки использовать их для достижения прямо противоположных целей и оправдания продолжения боевых действий создали ситуацию, при которой СБ ООН перестал принимать новые резолюции.
Заявление Совета глав государств Содружества независимых государств от 15 апреля 1994 года и Бишкекский протокол, подписанный руководителями парламентов Арцаха, Армении и Азербайджана 5-8 мая 1994 года, проложили путь к заключению военными руководителями трех указанных сторон Соглашения о полном прекращении огня и военных действий от 12 мая 1994 года.
Попытки Азербайджана представить отдельные положения сорванных им самим 26 лет назад резолюций СБ ООН в качестве основы для урегулирования азербайджано-карабахского конфликта, противоречат принципу добросовестности. Апеллируя к данным резолюциям, официальный Баку в действительности стремится добиться результата (достижение военного преимущества), который противоречит целям резолюций (исключительно мирное решение конфликта для укрепления мира и стабильности). Еще одним свидетельством неадекватной интерпретации официальным Баку резолюций СБ ООН и норм международного права в целом является попытка представить согласие на ведение переговоров в качестве компромисса с азербайджанской стороны. Между тем, мирное разрешение споров, в том числе посредством переговоров, является юридически обязательным требованием Устава ООН и не может быть предметом торга.
Кроме того, 14 марта 2008 года Азербайджан инициировал принятие Генеральной Ассамблеей ООН резолюции по Нагорному Карабаху, тем самым подтвердив, что Совет Безопасности не занимается вопросом урегулирования азербайджано-карабахского конфликта, а принятые им в 1993 году четыре резолюции не применимы в качестве принципов урегулирования. Согласно пункту 1 статьи 12 Устава ООН, «когда Совет Безопасности выполняет возложенные на него настоящим Уставом функции по отношению к какому-либо спору или ситуации, Генеральная Ассамблея не может делать какие-либо рекомендации, касающиеся данного спора или ситуации, если Совет Безопасности не запросит об этом». Примечательно, что все три государства-сопредседатели Минской группы, которые также являются постоянными членами Совета Безопасности ООН, проголосовали против данной резолюции Генеральной Ассамблеи.
Необоснованными являются также доводы Баку относительно формата переговорного процесса по урегулированию азербайджано-карабахского конфликта. Азербайджанская сторона в качестве подтверждения своей позиции пытается представить одно из ранних писем первого председателя Минской конференции Марио Раффаэлли, игнорируя при этом как общий контекст дискуссии относительно формата переговоров, так и последующие решения, принятые в ОБСЕ по данному вопросу. Следует отметить, что 23 сентября 1992 года, всего через неделю после предыдущего письма, на которое ссылается азербайджанская сторона, Марио Раффаэлли направил Действующему председателю СБСЕ Йозефу Моравчику новое письмо. В нем председатель Минской конференции подчеркивает, что «итальянское председательство стойко придерживалось и продолжает придерживаться принципа, что формула «избранные и другие представители» не позволяет провести различия между армянской и азербайджанской сторонами Нагорного Карабаха». Далее Марио Раффаэлли отмечает, что «классификация мандата, устанавливающего такое разграничение, была бы оправдана». «Население армянского происхождения, безусловно, является основной заинтересованной стороной не только по той причине, что в 4 раза превосходит численностью население азербайджанского происхождения, то также потому, что оно осуществляет де-факто контроль территории, а также является стороной, заинтересованной в изменении статус-кво. Таким образом, для любого объективного наблюдателя оно (армянское население Нагорного Карабаха – МИД Арцаха) является основным собеседником азербайджанского правительства», - говорится в письме.
Последующий ход противостояния убедительно продемонстрировал, что Арцах является одной из основных сторон конфликта. Об этом свидетельствуют, в том числе, несколько раундов прямых переговоров между Арцахом и Азербайджаном, включая встречу на высшем уровне, а также более 10 соглашений, достигнутых в 1993 году напрямую между Степанакертом и Баку об ограничении военных действий, временном перемирии или его продлении. В 1993 году статус Арцаха в качестве полноценной стороны конфликта был признан со стороны международного сообщества, что в последующем нашло отражение как в резолюциях СБ ООН, на которые ссылается Азербайджан, так и в итоговом документе Будапештского саммита СБСЕ 1994 года.
Как мы неоднократно отмечали, согласно итоговому документу Будапештского саммита, сторонами конфликта являются те стороны, которые подтвердили договоренности о прекращении огня от 12 мая 1994 года.
Считаем необходимым в очередной раз напомнить, что соглашение о прекращении огня от 12 мая 1994 года было достигнуто Арцахом, Азербайджаном и Арменией.
26-27 июля 1994 года Арцах, Азербайджан и Армения подписали дополнительное соглашение, в котором подтвердили «взятые на себя обязательства по прекращению огня вплоть до заключения большого политического соглашения».
29 августа 1994 года Арцах, Азербайджан и Армения выступили с официальными заявлениями, в которых публично подтвердили свои обязательства по соблюдению соглашений о прекращении огня.
31 августа 1994 года МИД Российской Федерации выступил с заявлением, в котором отметил: «В Москве приветствуют сделанные в эти дни в Баку, Ереване и Степанакерте специальные заявления, в которых выражено удовлетворение соблюдением всеми сторонами в конфликте прекращения огня вокруг Нагорного Карабаха и на армяно-азербайджанской границе, установленного при посредничестве РФ с 12 мая. Подтверждение руководителями военных ведомств Азербайджана, Армении и Нагорного Карабаха приказов о прекращении огня, объявление каждой стороной мер наказания в отношении лиц, виновных в возможных нарушениях, подчеркнутая сторонами решимость соблюдать режим прекращения огня вплоть до заключения политического Соглашения о прекращении вооруженного конфликта повышают уверенность в том, что, несмотря на все трудности, процесс мирного урегулирования в Карабахе можно сделать необратимым».
12 ноября 1994 года в связи с 6 месяцами соблюдения режима прекращения огня, действующий председатель Минской группы Андрес Бьюрнер выступил с заявлением, в котором «с удовлетворением приветствовал обнадеживающие заявления, одновременно озвученные сегодня лидерами Азербайджана, Армении и Нагорного Карабаха, в которых они вновь подтверждают свои твердые обязательства соблюдать прекращения огня вплоть до подписания более широкого политического соглашения». Необходимо также отметить, что текст заявлений был предложен сторонам Андресом Бьюрнером и полномочным представителем президента России послом Владимиром Казимировым.
3 февраля 1995 года сопредседательство Минской группы обратилось к руководству Армении, Азербайджана и Арцаха с предложением об укреплении режима прекращения огня. После получения согласия от всех трех сторон посредники направили Азербайджану, Армении и Арцаху уведомление о вступлении в силу соглашения, а также указали номера правительственной междугородней связи в Баку, Ереване и Степанакерте для прямой экстренной связи.
Все эти факты не оставляют сомнения в том, что формулировка итогового документа Будапештского саммита о сторонах, подтвердивших соглашение о прекращении огня, подразумевает Азербайджан, Армению и Арцах (Нагорный Карабах). Окончательная ясность в этом вопросе была внесена Действующим председателем ОБСЕ, министром иностранных дел Венгрии Ласло Ковачем, который выступил со специальным заявлением на заседании Руководящего совета ОБСЕ 31 марта 1995 года в Праге и «подтвердил ранее принятые ОБСЕ решения о статусе сторон, т.е. об участии двух вовлеченных в конфликт государств-участников, а также третьей стороны в конфликте (Нагорного Карабаха) во всем процессе переговоров, включая Минскую конференцию».
Именно в этом трехстороннем формате переговоры в рамках Минской группы продолжились до апреля 1997 года, пока не были фактически сорваны азербайджанской стороной, пытавшейся навязать в качестве основы урегулирования неконсенсусные предложения, представленные Азербайджаном в ходе Лиссабонского саммита ОБСЕ 1996 года.
Примечательно, что после начала встреч на высшем уровне между Арменией и Азербайджаном, ОБСЕ не рассматривала двусторонний диалог в качестве замены переговоров в рамках Минской группы ОБСЕ. В частности, на Стамбульском саммите ОБСЕ 1999 года, поддержав диалог между президентами Армении и Азербайджана и призвав к его продолжению, государства-участники ОБСЕ в то же время выразили надежду на возобновление переговоров в рамках Минской группы ОБСЕ.
Считаем необходимым также опубликовать некоторые документы, указанные в комментарии.
1994-07-26-27_ceasefire_confirmation_agreement.pdf
1995_02_03_proposals_on_strengthening_the_ceasefire.pdf
13:25
13:21
12:52
12:38
12:09
09:27
19:06
18:03
16:46
16:29
15:14
14:23
14:13
11:38
11:16
09:02
15:06
14:38
14:19
13:37
13:15
15:36
13:44
13:18
13:02
11:42
10:23
10:08
10:00
11:09
10:43
10:19
16:49
14:53
13:52
11:23
11:03
10:42
14:45
14:29
14:09
13:56
13:35
13:24
12:08
11:16
10:33
10:03
14:44
14:22
| Вс | Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | |
| 1 | 2 | 3 | 4 | ||||
| 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | |
| 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | |
| 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | |
| 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | ||
16:17
10:00
12:58
15:39
09:49
13:25
14:04
12:51
15:28
12:39
13:24
13:02
12:39
15:08
11:15
14:33
12:26
11:23
13:25
15:19
14:27
15:16
12:13
15:14
14:44
13:25
11:06
13:12
11:13
14:15
11:26
09:35
11:41
10:37
10:55
12:28
12:13
12:51
11:35
10:45
16:51
10:21
14:27
12:37
11:23
13:03
10:47
13:03
13:15
14:58
