Джексон-Хоул, или Тайная сходка центробанков

25.09.17 | 14:41

В сентябре важными для финансовых аналитиков темами стали решения Федерального резерва США, Европейского центрального банка (ЕЦБ) и Банка Японии по процентным ставкам (примечательно, что решения указанные центробанки принимали почти синхронно). В центре внимания оставалась и тема курсов валютной пары доллар-евро при устойчивом ослабление доллара США по отношению к евро и целому ряду других валют, в том числе российскому рублю. В этой череде событий моё внимание привлекло то, что решения ведущих центробанков по процентным ставкам, как и по другим вопросам, эксперты часто стали объяснять так называемым фактором Джексон-Хоула.

Поисковики в Интернете сообщают, что Джексон-Хоул (Jackson Hole) – это долина в американском штате Вайоминг, одно из живописнейших мест в Северной Америке, край горных вершин, лесов и озёр, популярное место отдыха и активного туризма. В долине расположен горнолыжный курорт, имеется полный комплекс развлечений. Однако это не всё.

Джексон-Хоул – место, где каждый год проходят экономические симпозиумы по вопросам экономической политики (Economic Policy Symposium in Jackson Hole). Первый такой симпозиум состоялся в 1978 году, а в августе сего года прошёл очередной 39-й форум. Организатором форумов выступает Федеральный резервный банк Канзаса (Kansas City Federal Reserve) – один из 12 региональных резервных банков, составляющих Федеральную резервную систему США.

В первых заседаниях участвовали только американцы, но уже через несколько лет в симпозиумах стали принимать участие иностранные гости. Симпозиум приобрёл статус международного, причём с банковским уклоном, так как значительная часть его участников – руководители или представители центробанков разных стран.

Большая роль в выведении Джексон-Хоула на мировую орбиту принадлежит Полу Волкеру (Paul Volcker), который в 1979-1987 гг. занимал пост председателя ФРС и исправно посещал все заседания симпозиума. Исследователи биографии П. Волкера обращают внимание, что проекты многих его решений готовились именно на встречах в Джексон-Хоуле (например, решение о резком повышении ключевой ставки ФРС, которая в начале 80-х годов доходила почти до 20%). Также известно, что в 2012 году руководитель ФРС Бен Бернанке на заседании в Джексон-Хоуле сделал серьёзные намёки на необходимость продолжения Федеральным резервом политики количественных смягчений (КС), и вскоре после этого была запущена третья программа КС. В 2014 году президент ЕЦБ Марио Драги выразил на симпозиуме опасения по поводу того, что инфляция в Европе затухает и может перерасти в дефляцию, поэтому ЕЦБ может пойти по пути ФРС и запустить программу КС. В марте следующего года такая программа в Европе была запущена.

Удивительно, но о Джексон-Хоуле как международном форуме почти ничего не известно. А судя по всему, значимость Джексон-Хоула для мировой экономики и международных финансов как минимум не меньше, чем Всемирного экономического форума в Давосе, о котором, как известно, трубят очень много. Видимо, инициаторы встреч в Джексон-Хоуле нуждаются в максимальной конфиденциальности. Об этом свидетельствует многое.

Во-первых, выбор места проведения симпозиума. Джексон Хоул находится в американской «глубинке», вдали от столиц и крупных мегаполисов. Если бы антиглобалисты пожелали устроить массовые пикеты, здесь им сделать это было бы довольно сложно.

Во-вторых, время проведения симпозиума. Всегда – вторая половина августа (в этом году 24-26 августа), время отпусков; и журналисты, и потребители новостной информации ещё в расслабленном состоянии. Кроме того, вскоре после форума (в сентябре) ведущие центробанки принимают решения по процентным ставкам (как уверены многие аналитики, с учётом рекомендаций, сформулированных в Джексон-Хоуле).

В-третьих, журналистов на встречу в Джексон-Хоуле не допускают. Заседания проходят при закрытых дверях. Официальная информация о мероприятиисодержится на сайте ФРБ Канзаса, но она очень скудна. Не публикуется даже полный состав участников мероприятия. Прозрачность встреч в Джексон-Хоуле меньше, чем у заседаний Бильдербергского клуба. Круг участников очень узок – в среднем 120 человек (на заседаниях в Бильдерберге присутствует 130-140 человек). А вот усреднённая раскладка участников:

– Федеральная резервная система США – 25

– центробанки других стран – 45

– международные финансовые организации – 8

– медиакорпорации – 12

– правительство США – 5

– академические круги – 24.

Итак, из 120 участников 70 человек представляют центробанки. Что касается международных финансовых организаций, то на встречах всегда присутствует представитель Международного валютного фонда. Правда, об участии первого лица МВФ (исполнительного директора) никогда не сообщалось. Обращает на себя внимание, что, несмотря на полную информационную закрытость, отдельные представители СМИ на мероприятии всё же присутствуют; видимо, это те, на кого возлагается задача информационной поддержки принимаемых в Джексон-Хоуле решений.

Довольно много здесь представителей академических кругов. В тех программах симпозиума, которые официально размещаются на сайте ФРБ Канзаса, фигурируют преимущественно они. В официальной программе последнего симпозиума из представителей центробанков и финансовых организаций значились только председатель ФРС США Джанет Йеллен (Janet L. Yellen), президент ЕЦБ Марио Драги (Mario Draghi), директор Денежной администрации Гонконга (Hong Kong Monetary Authority) Норман Чан (Norman Chan) и экономический советник МВФ Морис Обстфельд (Maurice Obstfeld). Остальные выступающие (около двух десятков) – профессура ведущих американских университетов.

Можно предположить, что симпозиумы Джексон-Хоула устроены таким образом, что заседания идут параллельно на двух площадках. Одна – официальная сцена, которая отдана на откуп «академикам». Другая находится за кулисами, где заседают руководители и представители ведущих центробанков мира, вырабатывающие общую политику. Один из участников последнего симпозиума Алан Ауэрбах, профессор экономики Калифорнийского университета, признал: «Все важные вопросы здесь обсудили в кулуарах».

Согласно неофициальным данным, в августе 2017 года в Джексон-Хоуле встречались представители центробанков примерно 40 стран. Ещё раз повторю, что исчерпывающий список центробанков и их представителей не публикуется. Есть лишь обрывочные сведения. Так, Банк Англии сообщал, что в этом году его управляющий Марк Гарни (Mark Carney) не будет присутствовать на заседаниях в Джексон-Хоуле, банк будет представлен заместителем управляющего Беном Бродбентом (Ben Broadbent). Участвовал ли в нынешнем симпозиуме (или каком-либо из предыдущих) Банк России, СМИ не сообщают.

Как у любого солидного международного форума, у Джексон-Хоула есть свой лозунг, отражающий главную тему встречи. Приведу формулировки тематики (лозунги) последних встреч:

2013: Глобальные измерения нетрадиционной денежной политики (Global Dimensions of Unconventional Monetary Policy);

2014: Переоценка динамики рынка рабочей силы (Re-Evaluating Labor Market Dynamics);

2015: Тенденции инфляции и денежная политика (Inflation Dynamics and Monetary Policy);

2016: Разработка контуров жизнеспособной денежной политики на будущее (Designing Resilient Monetary Policy Frameworks for the Future).

2017: Стимулирование динамичной глобальной экономики (Fostering a Dynamic Global Economy).

Считается, что уже давно генеральным штабом центральных банков является Банк международных расчётов в Базеле (БМР). Его ещё называют центральным банком для центральных банков. В настоящее время акционерами БМР выступают 60 центральных банков, в том числе Банк России. В состав совета директоров БМР входит 21 человек, среди которых главы центральных банков США, Японии, Китая, Великобритании, Германии, Франции. Руководители центробанков в течение года несколько раз проводят встречи для координации своих действий и выработки общей политики. При этом есть «широкие» встречи, в которых участвуют все центробанки, а есть «узкие», в которых принимают участие от пяти до десяти центробанков.

Если на встречах в Базеле главную скрипку играют европейские центробанки, то на встречах в Джексон-Хоуле центром мероприятия является Федеральный резерв. В этом году интерес к Джексон-Хоулу был несколько ниже, чем в предыдущие годы. Отчасти это можно объяснить тем, что центробанкам других стран не очень понятно, каким будет курс Федерального резерва в следующем году. Дело в том, что в феврале 2018 года истекает срок пребывания на посту председателя ФРС США нынешнего руководителя Джанет Йеллен. Дональд Трамп уже много раз заявлял, что он сменит руководителя ФРС, но по поводу кандидатуры нового председателя президент США никаких официальных заявлений не делал. По мнению некоторых экспертов, наибольшими шансами занять кресло председателя управляющих ФРС США до последнего времени обладал Гэри Кон, американский инвестиционный банкир, более четверти века проработавший в банковском холдинге Goldman Sachs Group. В декабре 2016 года Кон получил от Трампа приглашение занять должность старшего помощника по экономической политике 45-го президента США и директора Национального экономического совета. Предложение было принято, но в начале сентября произошло сильное охлаждение в отношениях Трампа и Кона. Последнему, скорее всего, кресло председателя ФРС США теперь уже не светит.

Кстати, по-прежнему остаётся не очень понятной и долгосрочная экономическая политика нынешней американской администрации. Если Трамп будет последовательно выполнять свои предвыборные обещания, восстанавливать реальный сектор экономики и выправлять дефицитный торговой баланс, то Америке понадобится слабый доллар. Видимо, именно из этого исходили руководители ФРС США и ЕЦБ в своих практических решениях после встречи в Джексон-Хоуле в прошлом месяце. Неформально президент ЕЦБ Марио Драги принадлежит империи «Голдман Сакс» (он выходец из этого банка); причём «Голдман Сакс» – акционер ФРС. Видимо, в Джексон-Хоуле было принято решение исполнять симфонию, в которой доллару надо будет идти на понижение, а евро – на повышение.

Валентин Катасонов — профессор, д.э.н., председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова

Источник: ФСК