Энергетик: Соглашение Армения-ЕС таит как возможности, так и риски

26.12.17 | 14:24

Подписанное между Арменией и Евросоюзом соглашение «О расширенном и всеобъемлющем партнерстве» в плане развития энергетики Армении таит в себе как возможности, так и риски. Об этом в Ереване на конференции «Три года ЕАЭС: достижения и перспективы» заявил национальный эксперт ООН по энергетике Ара Марджанян.

В соглашении, в частности, в статье 42-ой главы 2-ой говорится: «В гражданском ядерном секторе, принимая во внимание специфику Республики Армения, в частности, уделяя особое внимание высокому уровню ядерной безопасности, на основе стандартов МАГАТЭ и стандартов и практик Европейского союза, и на основе международных руководств и практик по ядерной безопасности, сотрудничество в этой области должно включать среди прочего: закрытие и безопасный вывод из эксплуатации Мецаморской АЭС и скорейшее принятие с этой целью „дорожной карты“ или плана действий, учитывающих необходимость замещения АЭС новыми мощностями, обеспечивающих энергетическую безопасность Республики Армения и условий для ее устойчивого развития».

По мнению Марджаняна, данная формулировка соглашения содержит как положительные, так и опасные моменты. К положительным моментам следует отнести готовность ЕС помочь в деле вывода из эксплуатации 2-го блока Мецаморской АЭС. Во-вторых, продолжил он, признается факт «специфики» Армении. Ее можно трактовать и как «сейсмическую опасность» площадки АЭС — что и сделано в тексте соглашения, и как фактор «энергетической безопасности» страны, лишенной собственных углеводородных ресурсов и зависящей от поставок первичных энергоносителей.

«Третий аргумент: признается необходимость „в замещающей Мецаморскую АЭС мощности, способной обеспечить энергетическую безопасность и устойчивое развитие республики“. Здесь необходимо подчеркнуть, что Мецаморская АЭС — это в первую очередь „гарантированная генерирующая мощность“ (ГГМ) и только потом — источник энергии. Именно дефицит ГГМ — основная проблема Армянской энергетики. Именно ГГМ — основа энергетической безопасности республики и залог ее развития в долгосрочной перспективе. Ни солнечная, ни ветроэнергетика, ни малые ГЭС таковыми не являются. И не могут служить в качестве замещающей мощности для АЭС. Для Армении таковыми являются либо новый атомный блок — а это, между прочим, 2-ой принцип государственной энергетической стратегии, разработанной правительством и одобренной президентом Армении в 2015 г., — либо большие ГЭС с водохранилищами многолетнего регулирования», — напомнил эксперт.

К скрытым опасностям текста соглашения, по его мнению, следует отнести то, что вышеуказанная формулировка фактически размывает единоличную ответственность МАГАТЭ — единственной и профессиональной международной организации, вот уже не одно десятилетие вплотную занимающейся Армянской АЭС.

Он указал, что сегодня, после подписания соглашения, в вопросе Армянской АЭС, а, следовательно, и в вопросе выбора технологии нового блока АЭС, к МАГАТЭ присоединился Евроатом и его 28 членов: «Ситуация напоминает попытки размыть единоличный мандат Минской группы по урегулированию карабахского конфликта, или попытки США и Израиля размыть мандат того же МАГАТЭ по мониторингу выполнения соглашения по ядерной программе Ирана», — сказал Марджанян.

Иными словами говоря, Чехия, продающая оружие Азербайджану, Польша со своим военно-стратегическим сотрудничеством с Турцией в рамках НАТО, включая ПРО и ядерное оружие, или Будапешт — со своими тесными связями с Азербайджаном, а также страны Прибалтики, могут эффективно, и главное — законно, заблокировать использование российских технологий при строительстве нового блока Армянской АЭС. Включая знакомую армянским специалистам технологию реакторов типа ВВЭР, которые на сегодняшний день и в обозримой перспективе — являются наиболее надежными, эффективными, а главное конкурентоспособными в атомной энергетике.

«В конечном счете, все это означает, что создан механизм, потенциально способный лишить Армению атомной энергетики. Более того, создан механизм, способный отсечь Армению от России в наиболее значимом, технологичном, долгосрочном и наукоемком сегменте сотрудничества. Хотя в целом, формулировки статьи 42-ой соглашения имеют некоторую свободу интерпретаций», — резюмировал Марджанян.
eadaily.com