1920-ый год не должен повториться!

27.04.18 | 14:29

Бисмарк, прекрасно знавший, что политика не имеет ничего общего с популизмом, говорил, что “всем подряд нравятся только котята”. Ничтожества, парализованные террором политкорректности, не могут произвести на свет что-то жизнеспособное и долговечное. Настоящий лидер сознаёт, что не все его решения вызовут дружный восторг дома и за рубежом. Чьё-то недовольство всегда неизбежно.

Всем не угодишь - colui, che cerca di piacere a tutti, finisce con non piacere a nessuno. Лидер не вправе вести себя как канатный плясун и балаганый шут, строящий всем подряд либерально-демократические рожи. Государство не балаган, а корпорация с пайщиками-гражданами. Демократия защищает их права на труд, мир и покой, а не готовит массовикам-затейникам вроде Горбачёва сцену для увеселения аудитории. Слабость не только аморальна, как писал Нжде, но и антидемократична. Грош цена демократии, не способной себя защитить.

В нашем языке есть категория, обозначаемая словом “ватамардуцюн”, помогающая понять смысл нынышних событий. Нас с детства учат вести себя так, чтобы никого не обидеть, хотя всемирная история отмечена катаклизмическими столкновениями взаимоисключающих интересов, будучи в основном летописью конфликтов.

“Ватамардуцюн”, вошедший в обиход армян после падения Армении, не отражает нашего восприятия христианской этики. Его воплощение на практике в “Письмах к армянской интеллигенции“ изложил Нжде. Порицая нашу церковь, он призывал её преодолеть свою привычку выдавать слабость за добродетель, обратившись к идее мужественного сопротивления как непреложной реальности нашего бытия.

10 лет назад “Голос Армении” и “Новое слово” опубликовали моё открытое письмо Сержу Саргсяну с призывом учредить общенациональный трибунал над режимом АОД, несущим ответственность за депопуляцию страны и путч 2008 года. Письмо содержало ссылку на определение геноцида как создание условий, принуждающих неугодную властям группу населения (армян Армении) покидать её. Президент не счёл возможным откликнуться на моё письмо, не желая посягать на устоявшуюся в стране систему правления, антигосударственный характер которой был очевиден и для него. Проще было пойти по пути наименьшего сопротивления.

Также вёл себя и Кочарян, простивший ЛТП его злодеяния. Протрезвление должно было наступить после терракта в парламенте, виновников которого нам не назвали поимённо, хотя мотив для терракта был только у реваншистов, не примирившихся с унижением 1998 года. Жадный до власти и денег АОД был единственной силой, заинтересованной в дестабилизации отвергнувшей его тиранию Армении. Но...

Вместо справедливого воздаяния к Талаату №2 проявили непонятное всепрощение, пожаловав ему дворец. Эта щедрость кажется кощунством в свете мучений армян, мыкавшихся по чужим углам и испытывавших невероятные лишения после бегства из страны, на которое их обрёк бездельник и хам, умевший плясать 7-40.

Кочаряновский режим паразитировал на пугавшей всех возможности возвращения ЛТП во власть. Называя всё своими именами, то был шантаж народа, ставшего статистом на сцене грязной армянской политики. Позднее протрезвление пришло, когда АОД устроил мартовский путч, разваливший властную систему.

Осознав масштаб угроз, нависших над созданной им порочной вертикалью власти, Кочарян впервые заговорил о подрывной деятельности ЛТП, но было уже поздно. События вышли из-под контроля и, чтобы остановить путч, была применена сила. Погибло 10 человек, что “борцуны с режимом” ставят в вину Саргсяну. Он замирил страну, исходя из добрых намерений. Однако нынешняя попытка путча (завершён лишь её первый мирный этап) вновь доказала, что такими намерениями вымощена дорога в ад.

Саргсян оказался не там, где надо (по ошибке заняв пост премьера) не тогда, когда надо. Он стал удобной мишенью общего негодования, хотя совершенно не уступал Кочаряну, вручившему ему по эстафете антигосударственную систему управления с дикой кланово-феодальной кадровой политикой.

Чтобы понять природу ненависти к Саргсяну, следует вспомнить бихевиористские эксперименты. В одном из них крыс ставили на железную решетку, через которую пропускали ток. Не понимая, что удары тока придуманы учёными, крысы нападали друг на друга. Нечто похожее происходит у нас. Никто уже не вспоминает ни ЛТП, ни Кочаряна. Во всём виноват Саргсян, не обеспечивший райских условий жизни тем, кто не думает, откуда они могли взяться в ограбленной блокадной стране.

Саргсян не изменил властную систему, рассчитывая на долготерпение народа. Его вынужденный уход в отставку подпортил кивок в сторону Пашиняна, который, как сказал премьер-министр, “был прав”. Хам, не снявший с головы шапку на встрече с Саргсяном в присутствии журналистов, получил из его уст легитимность.

Пашинян прав только в том, что наша политическая система изжила себя и её надо менять. Когда слабеет иммунитет, организм становится добычей вирусов, но это не меняет их природу. Задача вируса - убить ослабевший организм, а не содействовать его оздоровлению. Абсурдно воспринимать вирус в качестве кандидата на высший пост в государстве. Николка-юродивый не стал бы кандидатом на пост канцлера в Германии, но в странах третьего мира это норма, а не исключение из правил.

Ничтожество может влипнуть в историю. Титаны вроде Бисмарка, Франко, Нжде и Клемансо творят её. Решительность и личное мужество Франко принесли Испании потрясающие плоды. Он уничтожил сталинско-троцкистское охвостье, не допустил втягивания страны в войну с СССР и даже спас множество евреев, бросив дерзкий вызов Гитлеру. В годы его правления Испания пережила экономическое чудо, хотя, как и Армения, находилась в блокаде. Митченер в книге об Испании повествует о дочери казнённого франкистами республиканца. По её словам, лет 30 назад она бы стреляла во Франко, а сейчас (книга писалась в 1968 году) готова целовать его руки за мир и благосостояние, которые каудильо принёс Испании.

Нам нужен лидер калибра Франко и Нжде, не боящийся принимать ответственные, но непопулярные решения и не падающий в обморок при виде крови. Страх перед кровопролитием, испытываемый трусом, оказавшимся в кресле лидера, обходится народу ценой ещё большей крови. Скопление азербайджанской орды на границах с Арцахом показывает, что нам шантажом навязывают в руководители марионетку, готовую выполнять чужие указания и волю. Руководителем Армении должен стать тот, кто не допустит манипуляции её политикой в арцахском вопросе.

Чтобы поставить точку в беспредметном споре о целебных качествах вируса, имеет смысл вспомнить один из эпизодов героической жизни Левона Грантовича. Как-то раз он рассказал о своём пребывании в аодовском застенке. Его навестили какие-то зарубежные журналисты, выпытывавшие у него сведения об условиях заключения с явной целью бросить тень на руководство Армении. Он категорически отверг эти попытки, сказав, что не имеет никаких претензий, хотя речь шла о Тер-Петросяне и его костоломах вроде Джангиряна, а не о Кочаряне и ещё более мягком в общении Саргсяне. Глядя на ужимки перед камерами “борцунов за свободу”, начинаешь ещё острее воспринимать невосполнимое отсутствие нашего дорогого друга.

Не надо поддаваться эйфории, вызванной вынужденным уходом в отставку Сержа Саргсяна. Его преимущество перед многими другими кандидатами на высший пост в государстве в том, что он всё же нюхал порох и принял руководство Арменией в труднейший момент её новой истории, сделав всё, чтобы в нашем доме воцарились мир и согласие.

Мы потеряли лидера, опыт которого ценен в нынешних условиях, когда нам прямо угрожают войной, если мы не пойдём на уступки в главном для независимой нации вопросе - праве самим выбирать нашего руководителя. В 1920 году мы с таким же нелепым энтузиазмом воспринимали свержение Врацяна, за которым последовали потери Карса, Арарата, Нахиджевана и Арцаха. Это не должно повториться!

У нас не должно оставаться иллюзий в оценке происшедших событий, ослабивших Армению и её позиции в Арцахе. Ближайшие 2-3 недели будут испытанием нашего народа на прочность, и мы не вправе провалить его. Как и 98 лет тому назад, будет решаться вопрос, быть нам или не быть.

Главный и даже единственный институт нашей государственности, выдержавший испытание временем и проверку боем, — наша Армия. Солдат не ищет, в отличие от политиков-однодневок, оваций врагов своей страны. Он убивает их на поле брани. Армия — последняя опора армянского государства, прибежище нашего подлинного патриотизма. Последнее слово в битве за независимость должно принадлежать ей, а не уличным крикунам.

Нас ожидает война, которую мы не можем и не имеем права проиграть. Готовиться к войне труднее и прозаичнее, чем вопить лозунги на улицах. Но именно от нашей подготовленности зависит наше будущее, кто бы и как не убаюкивал бдительность нашего народа.

Александр МИКАЭЛЯН

P.S. Как человек “Восканапата”, друг и соратник Левона Грантовича, считаю своим долгом выразить Сержу Саргсяну признательность за то, что он сделал для Родины. Ненависть к нему, раздуваемая врагами под лозунгами свободолюбия, недостойна благородного и христолюбивого армянского народа. Вечный позор тем, кто отошёл от него, променяв рыцарский дух армянина на 30 сребренников. Нет худа без добра: мы узнали имена главных врагов и предателей армянского народа.

voskanapat.info