Удар по Ирану. Новая сделка или большая война

12.05.18 | 10:41

Серьезное обострение на Ближнем Востоке, на этот раз вокруг Ирана, принесло сверхприбыли экспортерам нефти благодаря быстрому росту цен. Эксперты уже рассуждают, а могут ли цены снова взлететь до 100 долларов за баррель, как это было еще в первой половине 2014 года. Самые смелые прогнозируют скачок даже выше этой планки, рассуждая о шатком положении в Ливии, тяжелой ситуации в Йемене и возможном столкновении Ирана не только с Израилем, но и с Саудовской Аравией.

Ночной удар по «Иерусалиму»

«Так война между Израилем и Ираном уже началась?!» — взволнованно спросила в ночь с 9 на 10 мая арабская дикторша, когда приглашенные в чрезвычайный выпуск аналитики комментировали срочную новость о ракетных обстрелах на границе между Израилем и Сирией. Сразу после этого некоторые ожидали уже не только опосредованного обмена «любезностями» через Сирию, но и прямого объявления войны.

Обмен ударами произошел в районе Голанских высот, там, где с сирийской стороны, как утверждают израильтяне, дислоцирована часть иранского специального разведывательно-диверсионного подразделения «Аль-Кудс», что, между прочим, означает «Иерусалим». В связи с предстоящим 14 мая переносом посольства США из Тель-Авива в Иерусалим это принимает дополнительное апокалиптическое звучание.

Но война между Израилем и Ираном не началась, стычка носила ограниченный характер. Зато цены на нефть вожделенно поднялись еще больше, впервые с ноября 2014 года достигнув отметки в 78 долларов за баррель (в феврале, для сравнения, они колебались возле 60).

Спекулянты ждут войны

Цены растут с конца апреля, подскочив к 8 мая, когда, оправдав ожидания, президент США Дональд Трамп объявил о выходе американцев из международной сделки по иранской ядерной программе.

Иран находится в первой пятерке государств по объемам доказанных запасов нефти (свыше 158 миллиардов баррелей) и в первой тройке — по объемам запасов газа. Но добывает нефти примерно в три раза меньше, чем Саудовская Аравия или Россия. Мешают санкции, введенные американцами еще после Исламской революции в этой стране в 1979 году. Позже к этим ограничениям добавились и европейские меры.

В 2010-2012 годах санкции, периодически ужесточавшиеся, были усилены новым пакетом, включая болезненное исключение Ирана из международной системы межбанковских платежей SWIFT.

Несмотря на давление, иранцы упорно усиливают свой энергетический потенциал, развивают атомную отрасль, пытаются привлечь инвестиции в нефтегазовую сферу. В апреле этого года они поставили свой новый рекорд по добыче — более 2,6 миллиона баррелей нефти в сутки.

Сейчас рынок (помимо общего фактора возросшего спроса на топливо) реагирует на вероятность снижения этого объема на полмиллиона баррелей в сутки к октябрю этого года, а дальше — и на миллион.

Спекулянты, играющие на повышение, ссылаются помимо этого на опасность разрастания конфликта на Ближнем Востоке до новой большой войны. Всякий раз, например, когда возникает тема Ирана и его сложных отношений с соседями, эксперты тревожатся, а не перекроют ли иранцы Ормузский пролив, по которому идут танкеры с нефтью.

Хотите 500 долларов за баррель? Есть вариант

В 2015 году с Ираном остро пикировался другой его враг — Саудовская Аравия. Королевство, помимо прочих причин, было разъярено международной сделкой по ядерной программе Ирана. И в Эр-Рияде, и в Тель-Авиве соглашение, из которого сейчас вышел Трамп, сочли ошибкой еще до того, как оно было окончательно согласовано в июле 2015 года. Тогда саудовцы и израильтяне совсем разлюбили президента США Барака Обаму.

И как многие обсуждают сейчас вероятность войны между Израилем и Ираном, так тогда разговоры шли вокруг конфликта между Ираном и Саудовской Аравией. Аналитики говорили, что в случае войны между персами и арабами цены могут достичь аж 250 долларов за баррель, а то и (звучало и такое!) 500 долларов. При этом бюджеты многих нефтяных государств на новый 2016 год все равно верстались, исходя из скромного расчета всего около 50 долларов за баррель.

И то обострение, и все эти прогнозы стали, как теперь видно, временным спекулятивным фактором, подбросившим цены, но не настолько, чтобы экспортерам расслабиться. Напротив, потребовались совместные усилия членов Организации стран — экспортеров нефти (ОПЕК) и других производителей, включая Россию, по снижению добычи ради поднятия цен.

Итак, цены опять поднимаются, но многие эксперты сомневаются в долгосрочности такой перспективы. Тем не менее, пишет европейский экономический ресурс «New Europe», Россия может оказаться среди тех, кто все равно извлечет выгоду из того, что нефтяная продукция Ирана сократится. Ведь тогда, по мнению европейских аналитиков, россияне смогут заполнить вакуум своими объемами.

Как спасти самолеты от Трампа?

Однако в поисках позитива от роста напряженности на Ближнем Востоке не стоит сильно рассчитывать и на это. Положа руку на сердце, политический негатив в результате еще одной войны в регионе значительно перевешивает относительные экономические выгоды.

Это хорошо понимают европейцы, которые и так уже напуганы усилением террора, наплывом беженцев с Ближнего Востока и сопутствующими социальными проблемами. Недаром в соглашении все еще остаются другие участники — Россия, Китай, Франция, Германия и Великобритания. Сам Иран взял паузу на размышление.

Европейцев заботит и судьба контрактов, заключенных с Ираном за три года. Параллельно же Трамп объявил 8 мая еще и об ужесточении санкций против Ирана, дав лояльным Америке национальным и зарубежным компаниям от 90 до 180 дней на подготовку к сворачиванию бизнеса.

Сроки будут рассматриваться индивидуально, и в Тегеране еще рассчитывают, что успеют обновить свой авиапарк европейскими «Аэробусами» в соответствии с почти десятимиллиардным контрактом, выполнение которого началось в 2017 году. Американский «Боинг», у которого договор с Ираном на 20 миллиардов, насчет замаячившей перспективы упущенной выгоды пока безмолвствует.

Особенность новых мер против Ирана заключается в том, что США в еще большей степени будут наказывать не только самих иранцев, но тех, кто с ними взаимодействует. Бить будут прежде всего по финансам и энергетике.

Похожие санкции действовали против режима Саддама Хусейна в Ираке, за 12 лет ослабив его до такой степени, что военная операция США по его свержению в 2003 году прошла легко, хотя потом обстановка деградировала.

Торговля до последнего сирийца

Дело обставляется так, что Трамп оставляет лазейки для торга и — одновременно — для давления на Иран, а также его противников и партнеров. Американский президент уже предложил иранцам подумать над заключением нового, более обширного соглашения.

На восточном базаре, как известно, торгуются до последнего… Правда, так и хочется добавить: до последнего, быть может, сирийца?

Опасность затеянной Трампом игры заключается в том, что он повышает риски в бушующем регионе Ближнего и Среднего Востока. Выяснение отношений между региональными и другими игроками все чаще происходит на территории Сирии, где Россия, кстати, имеет теперь уже две военные базы.

О каком бы торге ни шла речь, опосредованное военное противостояние между Ираном и Израилем усиливается. Сирия, лежащая между Израилем и Ираком и далее Ираном, стала жертвой метафизической вражды двух влиятельных государств, и нет надежды на примирение.

Прямое столкновение, однако, стало бы еще большим кошмаром для всего региона и для тесно связанной с ним Европы, да и Азии тоже.

В Сирии многие игроки уже действуют как бог на душу положит, пренебрегая международным правом и элементарными нормами политического поведения. Турки стоят на севере, американцы с союзниками — на востоке, а израильтяне бомбят, когда захотят. Маленький ближневосточный сумасшедший дом, к этому не привыкать, но тут и до большого хаоса недалеко. Первая мировая война тоже начиналась с сумасшествия, только на Балканах.

Чего ищет Трамп на Ближнем Востоке?

Еще один вызывающий тревогу фактор — серая зона неопределенности для окружающих, в которой постоянно находится Трамп. Чего он хочет? Ответа на этот вопрос нет у самих американцев.

«Хочет ли он торга и нового соглашения с Ираном? Хочет ли он полностью уничтожить ядерную программу Ирана? Хочет ли он смены режима там?» — спрашивает себя и других эксперт из американского центра «Карнеги» Перри Каммак. На его взгляд, Трамп не имеет плана «Б» по Ирану. А это только усиливает опасную непредсказуемость.

Другой, более осведомленный американец, известный дипломат, бывший посол в Афганистане и Ираке Залмай Халилзад, ратовавший, как и советник президента Джон Болтон, за выход из соглашения, сам предлагает план. Он призывает к дальнейшему сдерживанию Ирана в его региональной политике. Это означает выдавливание Ирана из Сирии, Ливана, Йемена и так далее. Чтобы это произошло, рассуждает посол, надо еще сильнее давить на ахиллесову пяту этой страны — ее экономику.

А вот о цели-максимум когда-то откровенно написал Збигнев Бжезинский в своей «Великой шахматной доске»: «Необходимо возвращение Ирана на прозападные позиции» (что любопытно, в том числе для «баланса усилению Турции»). А там со сменой режима или без, видимо, это как пойдет.

Иран, конечно же, будет сопротивляться. А кому такое понравится? Так что заваруха будет интересная. Но поскольку сцепиться с Ираном напрямую — удовольствие маленькое, то от этого, несмотря на лихорадку нефтяных цен, пока постараются удержаться.

Но вот хватит ли выдержки? Хотя для той же Сирии это уже не вопрос. Потому что борьба на ее земле продолжится. А там еще есть воюющий Йемен, да и Ливан, не дай бог, того и гляди, вот-вот разгорится — в общем, мало не покажется, или, как говорит мой сынишка, «мама не покажется».

Елена Супонина, политический аналитик, востоковед

Источник: РИА Новости