Россия — Пашинян — Турция: Алиева поставили в «режим ожидания»

21.05.18 | 12:09

Азербайджан готов к «интенсивным переговорам» по урегулированию карабахского конфликта. Об этом 15 мая в Париже глава МИД республики Эльмар Мамедъяров поставил в известность трёх сопредседателей Минской группы (МГ) ОБСЕ, представителей России, США и Франции. Международные посредники поддержали инициативу Баку, но реальный сдвиг в переговорном процессе это пока не обещает.

Первая на сегодня задача сопредседателей МГ — возобновить контакты между Арменией и Азербайджаном вокруг Карабаха после состоявшихся в апреле досрочных президентских выборов в Азербайджане и бурных внутриполитических событий в Армении. Министр Мамедъяров упомянул во французской столице факт завершённости избирательных процессов в двух республиках, что, по его мнению, открывает дорогу к «интенсивным переговорам». Между тем, если Азербайджан преодолел свой выборный цикл без каких бы то ни было серьёзных изменений в вертикали власти, то Армения продолжает пребывать в переходном состоянии.

«Бархатная» смена власти в Армении одним из последствий будет иметь приостановку переговоров Еревана и Баку при посредничестве сопредседателей МГ на определённом отрезке времени. Каком именно, конкретно сейчас сложно сказать. Однако армянской стороне потребуется явно не один и не два месяца, дабы выйти из продолжающегося этапа формирования новой внутривластной конфигурации на предлагаемый Баку «интенсивный» диалог.

Речь идёт примерно о полугодовой дистанции до предполагаемых в Армении, в соседней «президентскому» Азербайджану парламентской республике, досрочных выборов в законодательный орган. Не исключено, что переходный период до парламентских выборов, которые призваны усилить политические позиции новоизбранного армянского премьера Никола Пашиняна прежде всего внутри бюрократического аппарата страны, продлится дольше шести месяцев. Чем будет занят это время Баку и согласится ли он находится в лишённом попыток военной конфронтации «режиме ожидания» выхода Еревана на полную внутриполитическую определённость, на сегодня один из главных вопросов.

Многое свидетельствует о том, что азербайджанское руководство не намерено дожидаться возобновления контактов с армянскими контрпартнёрами, оставаясь в позиции терпеливого наблюдателя. У Баку появляются искушения добиться неких преимуществ на будущем дипломатическом фронте с помощью предпринятых уже в ближайшее время военных шагов в зоне конфликта. Связка «военные приготовления — приглашение к интенсивным переговорам» в Баку продолжает работать, в чём можно было на днях вновь убедиться. И она может принять ещё более рельефный характер по мере продвижения Армении к остро востребованной ею сейчас внутриполитической определённости. Напомним, перед дипломатическим посылом Мамедъярова в Париже из азербайджанской столицы прозвучали заявления иного качества — от военного руководства республики. Глава оборонного ведомства генерал-полковник Закир Гасановво время совещания с подчинёнными 12 мая указал на готовность страны к «широкомасштабным боевым операциям».

Думается, ключевое значение в этом месседже было придано констатации грядущего «широкомасштабного» характера военной эскалации в зоне конфликта. Локальными подрывами режима перемирия Баку может не удовлетвориться в период, когда ему потребуется ожидать контакта с преодолевающим политический кризис Ереваном.

Укажем два основных сценария предполагаемого поведения Азербайджана на краткосрочную перспективу, каждый из которых, к сожалению, своим конечным результатом не исключает новой карабахской войны.

Согласно первому прогнозу, который ныне представляется наиболее реальным, азербайджанская сторона всё же воздержится от «широкомасштабной» эскалации на линии соприкосновения войск. При этом Баку будет планомерно, в интесивном режиме, необходимом для постоянной «подгонки» противной стороны к возобновлению переговоров, осуществлять точечные подрывы перемирия. В течение примерно двух предстоящих месяцев «большая война» в Карабахе противопоказана Азербайджану с учётом твёрдых позиций главных внешних сил в регионе конфликта.

На следующий день после отставки бывшего президента Сержа Саргсяна с поста премьер-министра Армении, когда республика оказалась в близком к внутриполитическому коллапсу состоянии, 24 апреля Баку с рабочим визитом посетил директор Службы внешней разведки России Сергей Нарышкин. До азербайджанского руководства, помимо прочего, была доведена серьёзная обеспокоенность российской стороны по поводу вероятной масштабной эскалации в зоне карабахского конфликта. Причём, не только в привязке к событиям в Армении конца апреля — начала мая, но и на перспективу проведения в России крупнейшего спортивного турнира последних лет — Чемпионата мира по футболу (14 июня — 15 июля).

После встречи с главой российской внешней разведки, 25 апреля президент Ильхам Алиев отправился в Анкару, где в рамках заседания Совета стратегического сотрудничества Азербайджан — Турция провёл переговоры со своим турецким коллегой Реджепом Тайипом Эрдоганом. Как можно с уверенностью предположить, в Анкаре азербайджанский лидер также получил сигналы о нежелательности расконсервации статус-кво вокруг Карабаха в ближайшие недели и месяцы. В Турции грядут внеочередные президентские и парламентские выборы, которые состоятся в один день — 24 июня. Вслед за ними главному союзнику Азербайджана в регионе предстоит какое-то время для формирования поствыборной конфигурации политической системы под завершающийся транзит Турции от парламентской к президентской республики. Далее следует ожидать начала переизбранным главой турецкого государства Эрдоганом новой военной кампании на севере Сирии, против отрядов местного курдского ополчения на подступах к Манбиджу (северо-восток провинции Алеппо), о чём он неоднократно предупреждал ещё до назначения даты досрочных выборов.

До старта мирового футбольного первенства на 12 стадионах одиннадцати российских городов и перенесённых с 3 ноября 2019 года на 24 июня с.г. турецких выборов 12 июня состоится церемония запуска Трансанатолийского газопровода (TANAP)*.

Таким образом, ближащий график событий в России и Турции, которым обе страны придают самое важное значение и до их завершения стремятся гарантировать себя от каких-либо «сюрпризов», не благоприятствует резким телодвижениям Баку вдоль карабахской линии фронта. Однако на приготовления азербайджанской военной машины к практически неизбежной в будущем новой масштабной эскалации это никак не должно отразиться. Как, собственно, и на «свободу рук» руководства прикаспийской республики в вопросе периодического напоминания России, США, ЕС и Турции локальными срывами режима перемирия в зоне конфликта о неприемлемости для Баку нынешнего статус-кво вокруг Карабаха.

По первому сценарию, Азербайджан остаётся на позициях беспрекословного учёта мнения не только Турции, но и России в вопросе запуска маховика новой войны. Взамен ему будет позволено продолжить военные приготовления в прежнем интенсивном темпе, проводить в прифронтовой зоне крупные учения. Турецкие советники на карабахской передовой с азербайджанской стороны, офицеры ВС Турции на командных пунктах их закавказского союзника вблизи от линии соприкосновения с армянскими войсками останутся на своих местах. Можно также ожидать совместной военной активности Баку и Анкары в нахичеванском анклаве, где стоит Отдельная общевойсковая армия Азербайджана и фактически дислоцирован турецкий экспедиционный корпус.

В рамках первого сценария возобновление армяно-азербайджанских переговорных контактов на высшем политическом уровне откладывается на неопределённое время. Паузу будут призваны заполнить очередные приезды трёх сопредседателей МГ в регион конфликта, а также предваряющие предполагаемую встречу Пашиняна и Алиева консультации глав МИД двух стран.

Состояние условного двоевластия в Армении, когда у страны есть пользующийся широкой поддержкой граждан глава правительства, но в парламенте рычаги влияния сохраняет за собой номинально правящая Республиканская партия с её «политическим большинством» в законодательном органе, объективно не устраивает Пашиняна. Новому армянскому лидеру нужно «уплотнение» своих внутриполитических позиций по итогам внеочередных парламентских выборов. Только в таком, политически усиленном изнутри состоянии, Пашинян сможет подойти к контакту с Алиевым на платформе своих «карабахских тезисов», озвученных им 9 мая в Степанакерте, столице непризнанной республики. Главе же Азербайджана необходимо вытерпеть этап внутриармянской политической турбулентности без обращения до конца года к военным сценариям вокруг Карабаха.

Заглядывать на более отдалённую перспективу, пока никто особо не берётся. Но предполагать иной сценарий и планировать свои дальнейшие действия в случае его возможной материализации настоятельно необходимо всем непосредственным участникам конфликта и внешним заинтересованным сторонам.

Второй вариант развития событий имеет тесную привязку к возможному педалированию Ереваном вопроса подключения представителей Нагорно-Карабахской Республики (НКР) к прямым переговорам с Баку. Во весь рост может также встать связанная с этим тема де-юре признания Арменией независимости Нагорного Карабаха, от чего, как известно, Серж Саргсян и его внешнеполитическая команда все последние 10 лет пребывания у власти отказывались.

Вынесенный волной народной поддержки на армянский политический олимп премьер Пашинян уже заявил о планах на восстановление полного формата в переговорах (непосредственное подключение к ним НКР) и намекнул на предметное рассмотрение вопроса принятия Ереваном декларации о признании независимости Степанакерта. Если на предвыборной дистанции в Армении, до проведения досрочной избирательной кампании в законодательный орган парламентской республики, по тем или иным соображениям, Пашинян решит от слов перейти к конкретным действиям, у Алиева появятся свои поводы к решительным шагам. В таком случае следует ожидать игру Азербайджана на опережение, вступление на тропу войны в Карабахе до того, как Ереван пойдёт на признание НКР.

У Баку свои «красные линии», и о них загодя предупреждены Россия и Турция. В случае декларации Армении о признании независимости Нагорного Карабаха азербайджанская сторона выйдет из бессрочного режима прекращения огня, установленного письменным соглашением в мае 1994 года (заметим, с подписью представителя НКР) и подтверждённого в устной форме по итогам так называемой «четырёхдневной войны» в апреле 2016 года. За выходом из перемирия открывается одна перспектива — война.

Новоизбранный армянский премьер ранее поставил вопрос о нецелесообразности дальнейших переговоров с Баку, если их полноправным участником не станут представители Нагорного Карабаха. Логичным следствием такой позиции выступает официальное признание Ереваном самостоятельной правосубъектности НКР, ибо только в таком случае армянская сторона имеет аргументированные не только политическими соображениями, но и правовыми фактами основания добиваться подключения Степанакерта к переговорному процессу. Нельзя склонять других к признанию НКР, чем де-факто станет его участие в переговорах за одним столом с Баку, если сама Армения не решается на подобный шаг. Однако тогда неминуемо вступает в силу «красная линия» Азербайджана, заступить за которую так и не решился предшественник Пашиняна.

Получается своеобразный «замкнутый круг», блуждание по которому отличало все последние годы встреч президентов и глав МИД Армении и Азербайджана, лишённые какого-либо существенного прогресса на пути урегулирования затяжного конфликта. Разорвать этот «круг» может решение Армении о признании НКР, практически неминуемое за этим выдвижение азербайджанских войск вдоль линии фронта и окончательное обрушение хрупкого перемирия.

Реализация второго сценария до конца года не входит в планы ни России, ни Турции. Периоды их сближения сами по себе не способствуют взвинчиванию напряжённости вокруг Карабаха. А Москва и Анкара находятся сейчас именно на этапе взаимного желания исключить любые подводные камни в своих отношениях, в отличие от того же апреля 2016 года, когда между ними царила совершенно другая межгосударственная атмосфера.

Поэтому напрашивается вывод. Армения и Азербайджан могут предполагать различные пути улучшения своих дипломатических позиций и вести военные приготовления, ориентируясь на неизбежность нового вооружённого конфликта. Между тем, главные внешние силы, каждая из которых имеет решающее влияние на две из трёх сторон конфликта («за вычетом» Нагорного Карабаха), сохраняют рычаги влияния, позволяющие им «располагать» ситуацией и не дать ей скатиться в пропасть. А если перспектива обрушения статус-кво вокруг Карабаха всё же окажется неминуемой, союзники Армении и Азербайджана, как и сами участники очередной «горячей фазы» военного противостояния, постараются подойти к ней максимально подготовленными. С настроем разорвать «замкнутый круг» и внутренней уверенностью в том, что иного не дано.

*Посредством газопровода TANAP протяжённостью 1850 км, строительство которого заложено в 2015 году, первоначально будет прокачиваться 6 млрд куб. м газа в Турцию. В начале 2020 года к этому газопроводу планируется присоединить Трансадриатический газопровод (ТАР), благодаря которому пропускная способность TANAP достигнет 16 млрд кубометров. ТАР обеспечит выход азербайджанского газа через TANAP на рынки стран Европы. Акционерами Трансанатолийского газопровода являются азербайджанская SOCAR (58%), турецкая BOTAŞ (30%) и британская BP (12%). Ожидается, что строительство TANAP будет завершено в 2018 году, TAP — в 2020-м с тем, чтобы в этот же год первый азербайджанский газ попал в Европу.

eadaily.com