Войну в Сирии ждет «горячее лето»

14.06.18 | 16:32

В Сирию приходит «горячее лето» – период важных военных операций, призванных разрубить несколько гордиевых узлов. Предварительные итоги кампании внушают оптимизм, американцам и курдам в таких условиях не позавидуешь, но жертвы со стороны Дамаска тоже неизбежны: силы Башара Асада рискуют нарваться на весьма неприятные сюрпризы.

Относительное затишье, установившееся в Сирии с недавних пор, превращает каждую мелкую операцию джихадистов в серьезный информационный повод, который впоследствии раздувается до «крупного наступления». В реальности ничего страшного не происходит: перед уже объявленным «горячим летом» происходит перегруппировка сил, параллельно анализируются итоги событий зимы и весны.

Эти итоги воодушевляют. Задачи, которые в середине зимы озвучил глава Генштаба РФ генерал Валерий Герасимов, успешно решены.

Полностью освобождены столица, ее ближайшие пригороды и дорога Дамаск – Хомс – Хама. Восстановлена целостность центральных районов. Ликвидированы многочисленные мелкие анклавы джихадистов по всей стране, прежде отвлекавшие на себя внимание и сковывавшие действия значительных сил, включая иранские. Несколько ранее крупных и влиятельных группировок (например, «Джейш аль-Ислам» и «Файлак ар-Рахман») понесли настолько существенные потери, что утратили прежнее значение и вряд ли будут принимать участие в дальнейшем обустройстве Сирии. К аналогичной развязке идет и история пресловутой «Джебхат ан-Нусры», просто ее потенциал был несколько больше.

Однако война от этого не закончилась, а задачи на новый сезон приходится формулировать на ходу.

Турция уже пообещала «горячее лето» всем вокруг нее и недвусмысленно сообщила курдам, что готова занять вообще все города в приграничной зоне, если отряды курдской самообороны продолжат активные боевые действия. Неожиданно резкое давление на них оказал и Дамаск, пригрозив вернуть себе силой все земли, которые курды присвоили в ходе наступления в 2017 году. Как результат, некоторые влиятельные курдские командиры согласились на переговоры с Башаром Асадом, не упоминая более о «республике Рожава» и о других своих попытках создать новое чисто курдское образование с претензией на автономию.

От боевиков ИГИЛ* осталось лишь несколько мелких анклавов, уничтожение которых – вопрос времени. Гораздо неприятней то, что по-прежнему жива их тактика. Сейчас наибольшая концентрация джихадистов – в пустыне между Маядином и базой Т-2, а также на границе с Ираком вблизи Абу Камаля и Аль-Каима. У правительственных войск нет ни сил, ни средств зачистить пустыню и уничтожить эти банды физически, меж тем, это крайне необходимо. В пустыне борьба может затянуться на годы, и есть наглядные примеры стран, куда более сильных в военном и экономическом отношении, чем Сирия, которые десятилетия ничего не могут поделать с такими вот «пустынниками».

Наиболее характерный пример – Египет, который неубедительно возится с ИГИЛ в Синайской пустыне, обладая притом колоссальным перевесом. В сирийском случае ситуация осложняется еще и тем, что остатки джихадистов воюют разом со всеми, не удерживая при этом фронт, так что банда, которая ранее воевала против курдов и американцев на другом берегу Евфрата, запросто может оказаться в тылу правительственных войск в районе Дейр-эз-Зора. В то же время «рейды по глубоким тылам» отвлекают значительные силы, которые приходится перебрасывать из центра страны в пустыню, но к моменту их приезда в пустыне уже никого нет. Это плохо сказывается на информационном фоне – на каждый рейд не наздравствуешься.

Зато вопрос с Дераа практически решен. Перегруппировка правительственных частей в этом районе в целом завершена еще во второй половине мая. Остаются технические детали чисто политического и дипломатического толка, и летом можно ожидать спокойного проведения операции по освобождению всей провинции вплоть до Голанских высот. Боевики готовы идти на сотрудничество – с ними ведется серьезная пропагандистская работа с целью предотвратить бессмысленное кровопролитие.

При этом Россия будет уклоняться от прямого участия в возможных ирано-израильских трениях, настаивая на территориальной целостности Сирии. Недопущение шиитских сил на Голаны уже сейчас воспринимается в США как «большая победа Запада». Трамп даже в Сингапуре подчеркнул, что «Иран прекратил свое продвижение к Средиземному морю», и традиционно подал это как успех политики санкций. Но бог с ним, с Трампом – его трактовки реальности в этом контексте уже несущественны, а Европа сейчас в принципе подзабыла, где находится Сирия.

Наиболее запутанная ситуация в Идлибе: «заповедник гоблинов» вобрал в себя слишком много разномастных боевиков, что, впрочем, не привело к усилению их военной составляющей. В эту провинцию перебрались представители настолько разных группировок, что было просто невозможно представить их мирное сожительство на столь небольшой территории без постоянного притока ресурсов и подкреплений. В теории за все за это должна отвечать Турция, но собственных сил ей не хватает, и, например, против «ан-Нусры» турки своими руками не воюют, подкармливая для этих целей другую группировку – «Ахрар аш-Шам», которая терпеть не может конкурентов. Это тоже может длиться годами, тем более что никаких попыток срезать «латаминский выступ» со стороны Дамаска пока не видно – фронт стабилизировался, анклавы уничтожены, национально-религиозная чересполосица ликвидирована путем прямого обмена населения целых сел.

Скорее всего, вокруг Идлиба будут продолжаться в основном политические игры. Но если ситуация в Дераа и на Голанах разрешится в пользу Дамаска и с соблюдением интересов Израиля, подобный опыт попробуют перенести и на Идлиб. Только вести похожие по смыслу и обстоятельствам переговоры с Анкарой на порядок сложнее, чем с Тель-Авивом. Тем болеет что на носу там совмещенные парламентские и президентские выборы, результат которых во многом запрограммирован, но все-таки способен повлиять на расклад сил.

Главной проблемой в такой ситуации выглядит регион вокруг Ат-Танфа. Пентагон уперся и не желает распускать группировки джихадистов, которые пригрел вокруг своей базы. Возможно, они теперь вообще не могут с ними сладить, а потому никак не реагируют на бесконечные рейды через пустыню. Это весьма раздражает, но обнести Ат-Танф стеной или рвом не получится (Марокко в Западной Сахаре пробовала – не вышло). Ситуация там напоминает проблему с бандами ИГИЛ на иракской границе, только тех боевиков американцы не кормят с ложечки и не снабжают расходными материалами.

Сейчас американцам в регионе явно не хватает сил.

В последние недели они перебросили часть своих подразделений из Ат-Танфа в Хасеке и Аш-Шаддади, но все равно войной на их базу никто не пойдет, и США продолжают торговать Ат-Танфом и курдами в своих схемах с Россией и Турцией, в которых почти наверняка запутаются.

Курды уже сейчас оказались в западне. Если год назад они пребывали в эйфории и строили планы на создание какой-нибудь государственности при поддержке США, то теперь бежать им просто некуда: Дамаск будет неуклонно возвращать под свой контроль захваченные территории (при необходимости, как было сказано выше, силовым путем). Партизанская война против турок рискует стать вечной, но после выборов Анкара почти наверняка предъявит претензии на контроль за еще большей территорией с курдским населением, включая часть Ирака, то есть расширение «зоны безопасности», которая и так уже вышла за пределы пограничной зоны. При этом поведение турок в Курдистане граничит с варварством, чего стоил один только «день мародера» после захвата Африна. Но Анкара и не стремится к улучшению своего имиджа в среде курдов. Ее бы воля – курдов бы выселили за пределы земного шара, но в текущей ситуации все-таки приходится договариваться с США, Россией и Францией.

Американцы все более склонны оставить даже Манбидж, но пока что цепляются за Хасеке. Курдам это объясняют «отсутствием выбора», что автоматически подталкивает курдские группировки к контактам с Дамаском, который дает хоть какие-то гарантии автономии. Но скоро и этих гарантий не будет, если курды продолжат «мудро думать» и показательно вздыхать над своей тяжелой судьбой. Жизнь вообще несправедлива, а когда пытаешься ухватить американскую жар-птицу за какое-нибудь чувствительное место, становится вовсе невыносимой, поскольку жар-птица клюется и склонна к обману.

Таким образом до конца календарного года война не закончится, но контуры будущего мира видны уже сейчас. Многослойность сирийского конфликта и склонность некоторых действующих сил и внешних участников к провокациям и излишне эмоциональным ходам, конечно, оптимизма не добавляет. Но если все будет идти, как идет сейчас, уже в 2019 году можно будет ожидать почти полного прекращения активных боевых действий по всей территории САР с некоторыми поправками на ветер.

Евгений Крутиков

Источник: Взгляд.ру