Figaro: воинствующий феминизм и дискриминация белых — писательница рассказала, чем опасны для Франции «политкорректные» идеи из США

15.10.18 | 16:56

«Туалетные войны», воинствующий феминизм и ущемление в правах белых граждан — все это уже стало реальностью в США и в скором времени может стать частью повседневной жизни во Франции, пишет в своей книге бывшая парижанка Жаклин Смит, ныне живущая в США. На страницах Le Figaro автор предлагает взглянуть на то, каким может стать французское общество в случае, если Франция не начнёт более осмотрительно относиться к приходящим из США «политически корректным» идеям.

Как вспоминает на страницах Le Figaro журналистка Юдит Вайнтрауб, ещё недавно французы имели привычку посмеиваться над «пылом» американских интеллектуалов с их идеями войны полов, гендерной идентичности или «антиспецизма»*, полагая, что после пересечения Атлантики «политически корректные» теории «разобьются о стену старой-доброй республиканской культуры» и не смогут установить во Франции «диктатуру меньшинств». Однако, когда «цунами» движения #MeToo отозвалось во Франции собственной волной разоблачений, эта уверенность заметно ослабла.

В своей книге «Увидено в Америке. Скоро во Франции» (Vu en Amérique, bientôt en France ) Жеральдин Смит, бывшая парижанка, более десяти лет назад обосновавшаяся в Северной Каролине, решила рассказать о том, что ждёт Европу в случае, если она не начнёт более осмотрительно относиться к прибывающим из Америки идеям. Описываемое в книге общество не имеет ничего общего с философией «мирного сосуществования» прославляемой представителями «левой» французской элиты: «женщины в нём воюют с мужчинами, гомосексуалисты, лесбиянки, бисексуалы, транссексуалы и прочие — с гетеросексуалами, «угнетаемые расовые меньшинства» — с белыми, но ещё и между собой».

Как отмечает журналистка, многие из идей и практик, описанных в книге, во Франции уже «в ходу» и их можно считать «начальными симптомами заражения». Среди них — борьба за создание лейкопластырей для людей с тёмной кожей (поскольку бежевый цвет пластыря американские активисты сочли проявлением «микроагрессии» доминирующей группы по отношению к представителю угнетаемого меньшинства), создание организаций, членство в которых запрещено для людей с белой кожей (или белокожим мужчинам).

«Обосновавшись в Америке, французская журналистка Жеральдин Смит открыла для себя мир, где тирания меньшинств проявляется в мельчайших деталях повседневной жизни», — пишет издание. В книге приведены ярчайшие примеры того, как подобная диктатура уже преобразила жизнь американцев.

В качестве одного из таких примеров Смит автор приводит «туалетную войну», начавшуюся в Северной Каролине в 2016 году, когда консервативный губернатор штата Пэт Маккрори издал декрет, предписывающий использовать общественные туалеты в правительственных зданиях в соответствии с биологическим полом посетителя. Это привело к «яростной борьбе» между сторонниками традиционного разделения полов и защитниками прав трансгендеров, требовавших возможности пользоваться кабинками в соответствии с выбранной ими гендерной идентичностью. Следствием этой борьбы стали судебные иски против губернатора штата, бойкот Северной Каролины со стороны Национальной баскетбольной лиги, Национальной университетской лиги, отмена концерта Брюса Спрингстина, отказ предприятий от открытия отделений в штате и прочее. По оценкам, общий объем убытков для Северной Каролины составил $200 млн.

Другой пример — «одержимость» американских университетов вопросами гендерной идентичности и зацикленность на введении бесчисленных норм и правил, гарантирующих создание «безопасной среды» для представителей ЛГБТ-сообщества и соблюдение их прав.

Ещё одна «идея фикс» американской университетской среды — борьба с сексуальными домогательствами и насилием, принимающая порой гротескные формы. К примеру, Смит рассказывает о своём знакомом студенте американского колледжа, находившегося под угрозой исключения за «сексуально-агрессивный» танец на студенческой вечеринке.

По мнению администрации учебного заведения, молодой человек должен был заручиться согласием женской части общества, прежде, чем танцевать сальсу. Как отмечает автор книги, вопрос «согласия»половых партнёров стал ключевым для американской правой сферы, причём каждый штат трактует это понятие по-своему. В некоторых частях страны согласие на физическую близость может быть отозвано как во время, так и после полового акта, который в этом случае будет переквалифицирован в сексуальное насилие. В случаях, когда отсутствие свидетелей не позволяет установить истину, принято верить на слово женщине.

Стремление предстать жертвами насилия — характерная черта современных американок, отмечает Смит. При этом речь идёт не только о сексуальном, но и о «вербальном насилии» — ещё один термин из «словаря воинствующей феминистки», используемый в случае необходимости прекратить неудобный разговор.

Однако самым распространённым камнем преткновения остаётся расовый вопрос, который в Америке не представляет собой «табу», отмечает журналистка. О своей расовой принадлежности любому жителю США необходимо заявлять официально — на приёме у врача, в школе, на избирательном участке и во многих других ситуациях. В этой связи многим американцам кажется разумным заявлять о себе как о представителе меньшинств, чтобы воспользоваться плодами «позитивной дискриминации», например, получить преференции при приёме в университет.

В то же время белые жители США всё чаще сталкиваются с ограничениями. Смит рассказывает историю ещё одного знакомого студента, пожелавшего поселиться в общежитии со своим чернокожим приятелем. Однако представитель чернокожего университетского братства запретил выходцу из Ганы селиться с кем-либо кроме «братьев по цвету кожи». Автор книги рассказывает и о других случаях травли чернокожих со стороны представителей собственной общины за стремление «переступить через табу, присоединившись к группе, не стыкующийся с их идентичностью» — то есть, к белым американцам.

Если чернокожие американцы прошлых лет боролись за право ассимилироваться в среде белых американцев, молодое поколение требует права на признание их «особой и эксклюзивной идентичности», замечает автор. «Если первые боролись за право сидеть за общим столом, вторые требуют, чтобы им накрыли стол того же размера, но отдельный», — добавляет Смит.

Боязнь вызвать гнев той или иной группы меньшинств вынуждает американские издательства прибегать к услугам читателей, задача которых выискивать в рукописях «чувствительные места» — то есть любые следы расизма, сексизма, предвзятости по отношению к лишнему весу и прочих замечаний, которые та или иная группа может счесть оскорбительными. Спрос на услугу настолько велик, что появились даже платные сервисы, предлагающие доступ к базам данных таких читателей, отсортированным по их «области специализации», к примеру: ЛГБТ, ортодоксальные евреи, больные в терминальной стадии, глухие, шизофреники, актёры порно и прочее.

Всё вышеперечисленное Смит считает «заразной болезнью», которая может в скором времени охватить и Францию.

*Движение за уравнение в правах человека и животных — прим.

ИноТВ