Защищать такую «сильную и процветающую Беларусь», похоже, особо некому
В свете неоднократно сделанных в 2018 году заявлений Александра Лукашенкооб угрозе ликвидации государственности Белоруссии, покушениях на «суверенитет и независимость» и даже наличии в Москве планов «инкорпорации» постсоветской республики в состав России возник закономерный вопрос: не резонёрство ли и алармизм исходят от руководителя другой части Союзного государства? Оставим в стороне техническую возможность такого действия — «впихнуть» РБ в состав РФ, пытаясь «наклонять, стать коленом на грудь». Профессиональные гимнасты и каскадёры могут позавидовать такому полёту фантазии. Гораздо важнее иной вопрос: если угроза потери независимости действительно существует, то является ли источник опасности внешним, и что ему может противопоставить нынешнее руководство Белоруссии?
Судя по другим заявлениям того же Лукашенко, других чиновников и министра обороны Белоруссии, судя по военной доктрине республики и другим документам, в том числе подписанным с Россией, никакой опасности от Москвы не исходит. Ни Владимир Путин, ни его пресс-секретарь Дмитрий Песков, ни Дмитрий Медведев, ни Сергей Лавров — никто из российского руководство никогда не озвучивал тех намерений, о которых под конец минувшего года (да и в предыдущие годы тоже) неоднократно заявлял их друг и партнёр из западной части Союзного государства Белоруссии и России. Даже если допускать, что Лукашенко говорит правду и не преувеличивает, то теоретически достаточно странно находиться в союзе и считать стратегическим партнёром врага, который вынашивает планы «инкорпорации», «впихивания» и даже стремления «стать коленом на грудь». Есть основания считать, что руководство Российской Федерации в сложившейся ситуации выглядит значительно честнее. Сейчас у Кремля нет никакого резона брать на себя решение белорусских проблем — социальных, экономических, политических. Если уж нет желания «инкорпорировать» ДНР и ЛНР, то такая операция в отношении РБ и подавно не нужна — так рассуждают российские либералы, чьё влияние на выработку и реализацию стратегии России трудно переоценить.
После откровенно русофобских эскапад Лукашенко некие минские толмачи пытаются успокаивать аудиторию: это, мол, для внутреннего пользования, не обращайте внимания. Но ни российская общественность, ни Кремль не могут не обращать внимания на подобные выходки. В европейской истории было немало случаев, когда куда более сдержанные выражения приводили не только к жёстким политическим конфликтам, но и к полноценным войнам. Кремль себе подобного не позволяет — так почему Минску разрешено? Ведь даже обращение к собственно белорусской аудитории с заявлениями на тему «российской угрозы» — это явная провокация как минимум межнационального конфликта.
Одно из последних (в смысле крайних) подобных заявлений Лукашенко на эту тему прозвучало 14 декабря перед представителями российской прессы. Заранее накормленные участники проплаченного «пресс-тура» собрались за закрытыми дверьми нового президентского дворца, причём теле- и радиотрансляции из зала встреч впервые за многолетнюю практику таких «туров» не было — то есть месседж предназначался всё-таки для российской аудитории — как для широкой общественности (для этого и были приглашены именно работники СМИ из 44 российских регионов), так и для Кремля. Позже, во время двух туров декабрьских переговоров в Москве у Лукашенко была возможность изложить свои претензии, доводы и обиды лично президенту России. По всей видимости, контраргументы настолько глубоко удовлетворили белорусского лидера, что с тех пор он появился на телеэкранах лишь дважды — в записи новогоднего телеобращения и зачитывающим официальное обращение на хоккейном «Рождественском турнире». Было также ещё одно публичное выступление, не транслировавшееся на широкую аудиторию — во время локального митинга в православном храме на Рождество с фантазиями на тему «плётки». Здесь, опять же, специфическую лексику («нагнуть», «наклонить», «плётка» и т. п.) лучше оставить для анализа узким специалистам.
Низы не хотят, верхи не могут
Если проанализировать заявления Александра Лукашенко на тему отношений с Россией, то трудно не заметить, как примерно с 2006 года изменилась риторика бессменного руководителя Белоруссии. В ней отчётливо прослеживается националистический мотив, а национализм в этой постсоветской республике принципиально ничем не отличается от образцов с Украины и из Прибалтики. Образ врага один и тот же, призывы одни и те же — рознятся лишь методы реализации, обусловленные местной спецификой и текущим моментом. В основе любого постсоветского лимитрофного национализма лежит всё та же русофобия и всё та же сакрализация мифической независимости, на практике выливающаяся во всевластие местечковых шовинистов, грабящих свои народы и торгующих услугами по «сдерживанию России». Крупными специалистами по таким услугам и их конечными бенефициарами выступают англосаксы. Не случайно представители аналитических центров Великобритании и США зачастили в Минск и сегодня консультируют чиновников и «силовиков» Белоруссии уже на системной основе.
Считается, что пресловутая белорусская «стабильность» держится на некоем социальном контракте и мощном карательном аппарате. Если такой контракт и был, то он неоднократно с 1994 года пересматривался в одностороннем порядке. Карательный же аппарат в Белоруссии действительно развит и прекрасно оснащён, однако его реальные возможности сильно преувеличены. Современные белорусы — явно не пассионарии, в их случае не нужны расстрелы на стадионе, как это практиковал Аугусто Пиночет — достаточно «дела пророссийских публицистов» или чего-либо подобного. Однако не всегда эти механизмы работают желаемым для правящей элиты образом.
Белоруссия дрейфует от кризиса к кризису и не имеет внутренних источников развития, достаточных для того, чтобы хотя бы гипотетически в самой далёкой перспективе догнать страны так называемого первого мира. Источник опасности и угроз у Белоруссии не внешний, а внутренний. Усиливающиеся социальное расслоение, технологическое отставание и перманентный раскол белорусского общества являются результатами почти четвертьвековой внутренней политики. С имеющимся геополитическим потенциалом этому осколку великой державы никогда не достичь уровня глобальных лидеров — ни в научной, ни в оборонной, ни в какой-либо иной сфере. Белорусские военные это понимают возможно даже лучше, чем сотрудники различных институтов НАН Белоруссии.
Проблема Белоруссии не в том, что есть некий мифический потенциальный внешний агрессор, а в том, что низы не хотят жить по-старому, а верхи не могут руководить по-новому. Британские «идеологи» в этом не помогут, так как они обслуживают Лондон, а не Минск. Местные «хитрованы» даже понять не смогут, где подвох, как окажутся втянутыми в ситуацию выбора между плохим и очень плохим. В этом контексте особенно интересна откровенная рекомендация авторов ноябрьского доклада британского Chatham House брать пример с Украины. На полном серьёзе руководству Белоруссии, наблюдающему происходящее в соседней республике с 2014 года, предложено наступить на те же грабли, но в «вышиванке» с другим орнаментом.
Бессилие «силовиков»
В случае обострения ситуации в Белоруссии — не важно, только лишь из-за политики местных властей или при стимулировании извне, возникает интересный вопрос: кто в этом случае выйдет защищать «белорусскую модель» и лично Александра Лукашенко? «Служба безопасности президента» — само собой, но кто ещё? Какую линию поведения в этой гипотетической ситуации выберут военные, МВД, прочие силовые структуры? И есть основания считать, что в случае массовых ненасильственных акций протеста и гражданского неповиновения к пролитию большой крови они не готовы.
Считается, что всех белорусских «силовиков» крепко держит в кулаке старший сын руководителя республики — Виктор Лукашенко. Он был главным над всеми генералами лукашенковского производства ещё тогда, когда отец не присвоил ему и полковника. Настроения в армии весьма определённые, и в ситуации, подобной Украине-2014, военные, как и милиционеры, как и носители погон и курток других расцветок, займут нейтралитет и частью переметнутся. Так было при Саддаме Хусейне, Муаммаре Каддафи и Слободане Милошевиче. Так будет и в том случае, если верховным главнокомандующим в Белоруссии станет кто-то, кто позволит себе вступить в военный конфликт с Россией. Не случайно товарищи Петра Порошенко в 2014 году испытывали известные затруднения, и они до сих пор воздерживаются от официального объявления войны соседям. Белорусская армия, за всю свою историю не воевавшая ни одного дня, не будет воевать с Россией. А в случае получения преступных приказов она не станет стрелять во взбунтовавшихся от нищеты солигорских шахтёров или рабочих минских заводов.
Экономический блок правительства Белоруссии обходится без самостоятельных игроков, там признают любую новую власть. Студенчество и интеллигенция в случае начала массовых выступлений гарантированно выступит против нынешнего режима. Остатки люмпенизированного сельского пролетариата тем более не будут держаться за гаранта их беспросветной бедности. Мелкий бизнес не упустит возможность вендетты. Крупный бизнес погоды не сделает и в основной своей массе отсидится в кустах нейтралитета с последующей поддержкой победителя.
Таким образом, в случае гипотетической «инкорпорации» Россией рассчитывать Лукашенко особо не на кого. Даже пенсионеры, считавшиеся его электоральной базой на протяжении первых трёх пятилеток, сегодня массово отказывают ему в доверии. Трудно найти социальную группу, на которую нынешний режим мог бы с уверенностью опереться в случае массовых протестных выступлений изнутри. Скажем прямо — её просто не существует.
«Я уже давно определил то, что мы называем столпами гражданского общества, и это не надо забывать. Это профсоюзы, молодежные организации в лице Белорусского республиканского союза молодежи, это ветеранские и женские организации. Они самые массовые и представляют все общество, — сообщал Лукашенко парламентариям в апреле 2008 года. — Это те четыре опоры, на которые мы будем опираться. Это наше понимание гражданского общества».
С тех пор много воды утекло. Ветеранские организации в силу естественных причин сильно поредели и сегодня представлены преимущественно «афганцами», не забывшими отмены льгот и много другого. Бюрократия и её «партия власти» РОО «Белая Русь» — столь же надёжная опора, как некогда существовавшая в РФ «Наш дом — Россия». Другим, не менее надёжным столпом нынешнего режима можно считать дармоедов, десятилетиями сидящих на горбу у белорусского трудяги — «Белорусский республиканский союз молодёжи» и прочих «лукасеков». В «жирные» годы, когда российская «поддержка» доходила до $ 10 млрд в год и четверти ВВП, можно было позволить себе содержать десятки таких структур. Кроме того, хватало денег и на лоббистов официального Минска в Москве и даже в регионах. Но рассчитывать на них «в случае чего» — это даже не наивность.
Показательна ситуация с хоккейным «Рождественским турниром»: ни БРСМ, ни ФПБ, ни прочие государственные (формально — негосударственные) структуры не смогли извлечь из-за праздничных столов доведённую сверху численность школьников и членов профсоюзов на спортивное мероприятие с участием Лукашенко. Ответственные за мобилизацию в ряде случаев сталкивались с резонным отпором молодых граждан и их родителей, открыто заявивших о выборе в пользу семейного праздника напряжению официозом и лицемерному маханию флажками на трибунах псевдоболельщиков. То есть нагнать массовку даже на такие мероприятия уже непросто, и по мере усугубления социально-экономических проблем будет всё труднее.
Партии и общественные организации
По данным Минюста Белоруссии, в республике зарегистрировано 15 политических партий, почти 30 профсоюзов и около 2,9 тысяч общественных объединений. Формально за каждой из них стоит несколько организаций (дочерних структур), однако фактически большинство республиканских объединений рисует бумажные структуры в районах и областях, что необходимо для поддержания иллюзии территориального охвата и массовости. Редкий партийный лидер не соврёт о реальной численности членов своей партии, практически никто не воздержится от соблазна многозначительно намекнуть на кратно большее количество сочувствующих, чем обладающих членскими билетами.
Политическая система постсоветской Белоруссии формально даже многопартийна — примерно как в гитлеровской Германии. Из этой липовой многопартийности примерно ¾ организаций откровенно ориентированы на Запад и там же получают финансирование (в том числе три как бы левые), из остальных три находятся на содержании властей и ещё две — на подножном корму, довольствуясь небольшими разными разовыми подачками гауляйтеров разного уровня. Расценки политических проституток настолько невелики, что буквально за пару сотенных зелёных бумажек можно получить разной степени членораздельности мычание в нужном направлении, за менее чем тысячу вечнозелёных — то же самое в прямо противоположном направлении, но громче. Уровень доверия населения к политическим партиям за последние десятилетия остаётся предельно низким, что постоянно фиксируют различные соцопросы и исследования.
В последние годы белорусская власть активно сближается с местными националистами-русофобами, рассчитывая на их поддержку в деле борьбы за «суверенитет» (читай: сохранения Лукашенко у власти). Сделав ставку на национализм, Александр Лукашенко ступил на скользкую дорожку, на которой поскользнулся Виктор Янукович. Украинские власти тоже заигрывали с национал-радикалами, через «прокладочные» структуры финансировали их деятельность, закрывали глаза на их выходки и дали набраться сил, институализироваться, окрепнуть и развернуться, чтобы затем использовать в выборных и других процессах. В конце 2013 года администрация украинского президента столкнулась с проблемами управления, а в начале 2014 года выпестованные волки дали пинка под зад заказчикам хитрой схемы при помощи новых кураторов. Нечто похожее происходит в Белоруссии: Лукашенко тешит себя надеждой, что всё под контролем, радикалы ходят в намордниках и знают своё место. Ряд известных русофобов открыто называют того, кого раньше именовали не иначе как «диктатором» и «шкловским хамом», едва ли не спасителем отечества, гарантом «суверенитета и независимости», защитником от «московской орды». Спецслужбы проделали аналогичную работу с оппозиционными СМИ и записали всё это себе в заслугу. Однако КГБ СССР, которому ни СБУ, ни КГБ РБ по уровню профессионализма не годятся в подмётки, в своё время проводил аналогичные эксперименты с «народными фронтами» и прочей «диссидентщиной» — не секрет, чем всё это закончилось и для страны, и для незадачливых экспериментаторов.
Потенциал протестного выступления
Мощное протестное выступление в Белоруссии может быть лишь стихийным. В нынешней ситуации реализации массового протестного потенциала может служить внешний фактор. Таковой может явиться либо с Запада, либо с Северо-Востока. В первом случае России достаточно просто убрать «ядерный зонтик» и умыть руки — через две недели в Минске будет новое правительство, возможно, даже не одно. При этом обещанная Лукашенко раздача стрелкового оружия поможет Москве обойтись без жёстких мер реагирования. Слишком много белорусов мечтает пройтись с огнемётом по Дроздам и другим номенклатурным «царским посёлкам».
Максим Самойлов
11:55
11:45
11:11
13:58
13:56
17:56
16:13
15:04
18:05
17:17
15:54
09:22
13:57
13:22
17:21
16:53
16:49
16:34
10:55
10:14
09:27
14:54
12:47
12:33
11:15
10:06
19:08
18:05
15:27
15:23
18:57
18:23
18:24
11:09
10:35
16:09
13:50
15:45
09:32
16:34
14:34
14:18
12:55
09:49
10:51
08:15
17:26
17:05
13:45
13:04
| Вс | Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | |
| 1 | 2 | ||||||
| 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | |
| 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | |
| 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | |
| 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | |
| 31 | |||||||
16:17
10:00
12:58
15:39
09:49
13:25
14:04
12:51
15:28
12:39
13:24
13:02
12:39
15:08
11:15
14:33
12:26
11:23
13:25
15:19
14:27
15:16
12:13
15:14
14:44
13:25
11:06
13:12
11:13
14:15
11:26
09:35
11:41
10:37
10:55
12:28
12:13
12:51
11:35
10:45
16:51
10:21
14:27
12:37
11:23
13:03
10:47
13:03
13:15
14:58
