Итак, Вашингтон выбрал новую мишень для атаки. 23 января Белый дом признал Хуана Гуайдо легитимным президентом Венесуэлы; 28-го были блокированы активы и счета венесуэльской государственной нефтяной компании PDVSA в США и объявлено о введении санкций против компаний, которые продолжат покупать венесуэльскую нефть по истечении установленного срока. Параллельно из Белого дома доносятся угрозы военного вмешательства. С чем связана эта активность и какие формы она может принять?
Ключевая проблема, стоящая перед Вашингтоном, в том, что, вопреки апокалиптическим прогнозам, без радикального усиления давления чависты имели все шансы реанимировать венесуэльскую экономику, несмотря на все предыдущие усилия США, эффективность которых оказалась переоценена.
Себестоимость добычи нефти в Венесуэле порядка $ 27 за баррель, при этом $ 10 приходится на налоги. Иными словами, при текущих ценах (свыше $ 60 за баррель) фатальных проблем у венесуэльской нефтяной отрасли нет. Резкое снижение нефтедобычи (с 2,49 млн баррелей в день в 2013-м до 1,14 млн в конце 2018-го) в основном связано, во-первых, с постэффектами от снижения нефтяных цен как таковыми. Во-вторых — с усилиями Вашингтона, всеми силами противодействовавшего восстановлению уровня инвестиций после стабилизации цен. Так, 25 августа 2017-го указом Трампа было запрещено совершать торговые операции с акциями и долговыми ценными бумагами правительства Венесуэлы и PDVSA. Американская мотивация введения санкций заслуживает внесения в палату мер и весов в качестве эталона лицемерия: «Диктатура Мадуро продолжает лишать венесуэльский народ продуктов и медицинских препаратов, отправлять в тюрьму демократически избранную оппозицию и насильственно подавлять свободу слова… Мы не будем стоять в стороне, пока Венесуэла гибнет».
Однако все усилия США по «спасению» Венесуэлы оказались недостаточными на фоне роста нефтяных цен. В итоге в конце прошлого года отрасль получила самые массивные российско-китайские инвестиции с 2013 года.
В сентябре прошлого года Венесуэла достигла договоренности с КНР о пятимиллиардных инвестициях в добычу. Примерно такая же была заключена с «Роснефтью». Ранее, в ноябре 2016-го, была достигнута договоренность с КНР на сумму $ 2,2 млрд, в июне 2017-го — $ 2,8 млрд. Суммарный результат предполагал повышение добычи на 552 тыс. барр. в сутки (как нетрудно заметить, санкции США последовали практически сразу после заключения последнего соглашения). Иными словами, в конце прошлого года восстановление добычи выглядело неизбежным.
При этом введение полноценных санкций против Ирана (без многочисленных исключений, предоставленных импортерам администрацией Трампа) и вступление в действие сделки «Опек плюс» в конце ноября предполагает как минимум сохранение цен на нынешнем уровне.
Между тем дефицит торгового баланса Венесуэлы в первом полугодии 2018-го уже составлял отнюдь не катастрофические $ 0,78 млрд. «Огромный венесуэльский долг» на практике составлял 73,7% ВВП на конец 2013-го и 28,2% на конец 2017-го. К середине 2018-го — 23%. Иными словами, трудности Мадуро в огромной степени связаны с тем, что он добросовестно расплачивается по обязательствам в весьма сложной ситуации. При всей экономической безграмотности чавистов, основной вклад в кризис после восстановления цен на нефть внесли именно санкции США, не позволившие Каракасу рефинансировать госдолг. В 2017-м было выплачено $ 7,8 млрд, 2018-м порядка $ 8 млрд. В этом году Венесуэле предстоит выплатить $ 9 млрд. Как нетрудно заметить, предпосылок для нерукотворного коллапса у венесуэльских финансов в этом году не было.
Иным словами, резкое ужесточение позиции США связано с тем, что Каракас технически способен и готов выбраться из старательно построенной для него ловушки, после чего о попытках «наведения порядка» придется надолго забыть.
При этом существует по крайней мере два весьма весомых фактора, дополнительно стимулирующих агрессивность Вашингтона и развязывающих ему руки. Во-первых, это обострение противостояния с Китаем. Долгосрочно это значит, что присутствие Пекина в Карибском бассейне становится в принципе неприемлемым для США. Краткосрочно угроза внушительным китайским инвестициям в Венесуэле и не только становится весомым аргументом в зашедшем очередной раз в тупик американо-китайском торговом споре.
Во-вторых, крайне важное значение имеет латиноамериканский контекст. Относительно цивилизованное поведение Вашингтона в Латинской Америке связано с наличием двух крупных и относительно развитых стран, потенциально способных легко превратиться в монументальную проблему на «заднем дворе» США — Аргентины и Бразилии. Последняя, например, проявляла самостоятельность даже в золотые для американцев времена военной хунты. При этом уже тогда она превратилась в «пороговую» державу, отделяемую от ядерного статуса только политическим решением. Стимулировать там антиамериканские настроения с риском спровоцировать милитаризацию было рисковано. Образовавшийся в нулевых аргентино-бразильский альянс под руководством социалистов был достаточно неприятен сам по себе и рисковал быть увековеченным в случае чрезмерного американского радикализма. Однако отстранение социалистов убирает этот сдерживающий фактор. Латинская Америка резко поправела, и это хороший повод использовать момент.
Иными словами, необходимость смещения Мадуро у американцев есть, а ограничений, по существу, уже нет. Попробуем оценить их возможности.
На США приходится 41−47% венесуэльского экспорта нефти (в венесуэльских условиях это практически равноценно экспорту вообще). Сами США оценивают упущенную выгоду Каракаса в $ 11 млрд, фактически она явно меньше — порядка $ 8−9 млрд. Практически уже только потеря американского рынка без замещения означает дефолт, однако не слишком ясно, чем он может существенно ухудшить положение Венесуэлы сам по себе — доступ Каракаса на рынок заимствований уже сейчас крайне ограничен. Гораздо чувствительнее могут быть санкции против неамериканских покупателей. Здесь ключевой оказывается позиция Индии, в совокупности с Китаем обеспечивающей сопоставимую с США долю рынка. Если она предпочтет движение в кильватере Вашингтона, КНР для сохранения относительной стабильности венесуэльской экономики придется удвоить закупки местной нефти. Теоретически китайско-венесуэльские проекты 2016−2017 предполагали их утроение, но с немедленной реализацией могут возникнуть проблемы. Однако цена вопроса в принципе не слишком велика — менее $ 5 млрд.
Иными словам, уже «упорства» Пекина достаточно, чтобы обеспечить Венесуэлу критическим импортом. Угрозы военного вмешательства со стороны Вашингтона являются своего рода завуалированным признанием этого факта.
Насколько оно реалистично? К сожалению, весьма. Геополитически Венесуэла во многом дублирует Ливию: страна полностью зависит от морских коммуникаций, 70% населения сосредоточено в узкой полосе вдоль побережья, основной нефтеносный район относительно изолирован и оснащен тлеющим сепаратизмом, внушительная по латиноамериканским меркам армия по абсолютным весьма слаба.
Возможной морской блокаде Каракасу было нечего противопоставить изначально. Сейчас, после бразильского «разворота» и с учетом сомнительных отношений с Колумбией и Гайаной, к абсолютной морской блокаде рискует добавиться столь же надежная сухопутная. Сомневаться, что ВВС и ПВО Венесуэлы будут раздавлены практически мгновенно, к сожалению, не приходится.
При этом, во-первых, высказывание венесуэльского посла в России о том, что США готовят его стране сирийский сценарий, не является ни пропагандой, ни фигуральным выражением. Как отмечает, например, Илья Топчий, «повстанческие бригады» в Венесуэле начали заявлять о себе еще летом 2017-го; насколько быстро при внешней поддержке сугубо медийные, на первый взгляд, персонажи трансформируются во вполне реальные группировки боевиков, можно наблюдать не только в Ливии и Сирии, но и на Украине.
Во-вторых, в сухопутной операции могу быть задействованы силы соседней Колумбии с их полувековым опытом борьбы с левыми партизанами в горах и джунглях. Формы могут быть разными — от прямого вторжения до использования «отпускников»; наконец, скрытый резерв представляют собой официально распущенные в 2006-м ультраправые формирования парамилитарес (AUC).
Иными словами, американцы действуют в режиме цейтнота, изначально недооценив устойчивость режима чавистов. При этом, вопреки распространенному мнению, только экономического давления может оказаться недостаточно. Силовая операция вполне вероятна и подготовка к ней американцами идет уже довольно давно.
Евгений Пожидаев
11:55
11:45
11:11
13:58
13:56
17:56
16:13
15:04
18:05
17:17
15:54
09:22
13:57
13:22
17:21
16:53
16:49
16:34
10:55
10:14
09:27
14:54
12:47
12:33
11:15
10:06
19:08
18:05
15:27
15:23
18:57
18:23
18:24
11:09
10:35
16:09
13:50
15:45
09:32
16:34
14:34
14:18
12:55
09:49
10:51
08:15
17:26
17:05
13:45
13:04
| Вс | Пн | Вт | Ср | Чт | Пт | Сб | |
| 1 | 2 | ||||||
| 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | |
| 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | |
| 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | |
| 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | |
| 31 | |||||||
16:17
10:00
12:58
15:39
09:49
13:25
14:04
12:51
15:28
12:39
13:24
13:02
12:39
15:08
11:15
14:33
12:26
11:23
13:25
15:19
14:27
15:16
12:13
15:14
14:44
13:25
11:06
13:12
11:13
14:15
11:26
09:35
11:41
10:37
10:55
12:28
12:13
12:51
11:35
10:45
16:51
10:21
14:27
12:37
11:23
13:03
10:47
13:03
13:15
14:58
