Без достойных кадров реформы будут провалены: экс-министр финансов Армении Вардан Арамян

08.04.19 | 14:07

- Как бы вы оценили в целом почти годовую деятельность правительства?

- Первое, на что я хотел бы обратить внимание членов правительства, - это макроэкономическая политика и разъяснительные коммуникации в отношении проводимой экономической политики, ее целей и видения. Мы завершили 2018 год с экономическим ростом в 5,2% при 12-месячной инфляции в 1,8% (средняя инфляция - 2,5%). Премьер Никол Пашинян говорил, что это очень хорошо, то есть для потребителей обеспечена удобная инфляционная среда. При этом понятно, что, не будучи экономистом, глава правительства ориентируется на подсказанное ему экономической командой. Но никто из этой команды, по-видимому, не говорит ему, что в этом кроется большая опасность, поэтому нужно обратить особое внимание на политику спроса.

Да, с точки зрения потребителя рост цен всего на 1,8% - это хорошо; более того, нулевая инфляция и даже дефляция чудесны. Но в реальности это хорошо только в краткосрочном аспекте: в противном случае почему Центральный банк таргетирует инфляцию на уровне 4% плюс-минус 1,5%, а не, допустим, тот же ноль или и вовсе минус, то есть падение цен? К чему тогда усилия ЦБ РА по достижению 4%-ного роста цен? Да потому, что таргетируемая инфляция в 4% плюс-минус 1,5% - это тот рост цен, который, скажем так, не "штрафует" экономический рост, не замедляет его.

Экономика - это организм, такой же, как человеческий, и так же, как для нас, температура в 36,6 градуса считается нормальной, для экономики измеряемыми критериями здорового состояния являются три ценовых параметра, из которых важнейшим является инфляция. А еще процентная ставка и обменный курс. И если инфляция превышает те самые 4% плюс 1,5%, это то же самое, что для человека температура в 38-39 градусов, то есть возникает опасность, происходит что-то не то. Но также опасно, когда инфляция падает ниже таргетируемого уровня, то есть, продолжая образный ряд, температура человека падает до 35 градусов и происходит одеревенение организма.

И это, заметьте, при том, что в прошлом году сельское хозяйство зарегистрировало падение на уровне 8,5%, а поскольку эта сфера конкурентная, то сразу же после падения объемов происходит ценовая реакция, рост цен на аграрные продукты. Индекс цен производителей сельхозпродукции повысился на 13%, то есть по ценам всех остальных товаров мы имеем серьезную проблему, что-то не то происходит с политикой, влияющей на валовый спрос экономики. Речь идет о налогово-бюджетной и денежно-кредитной политике.

Действия ЦБ РА, думаю, были верными в смысле сохранения на протяжении длительного времени ставки рефинансирования, однако в январе с.г. Центробанк все же был вынужден опустить ставку на 0,25 п.п., чтобы нейтрализовать дефляционные риски, то есть там увидели эти риски. Но в январе-феврале с.г. мы продолжаем идти с 12-месячной инфляцией на уровне около 2%, в то время как в прошлом году в первые два месяца мы имели инфляцию, превышающую 3%. И это первый тревожный сигнал того, что инфляционная среда чрезвычайно низкая и правительство должно обратить самое серьезное внимание на политику спроса. Иначе будет сдерживаться, "штрафоваться" экономический рост. Это первое.

Второе: в экономической политике важно иметь видение по различным отраслям с тем, чтобы было четко понятно, какой вид приобретет та или иная отрасль через 2-3 или через 5 лет. То есть в экономической политике важно поставить финальную планку, мишень, описать последовательность шагов, то есть составить дорожную карту и четко двигаться вперед. И тут мы также имеем серьезную проблему - в частности, с коммуникациями, разъясняющими обществу, какими хочет видеть правительство ту или иную отрасль. Здесь процесс немножко хромает, говорится исключительно об общих вещах, глобальной идеологии без уточняющей, но необходимой конкретики. Экономисты должны всегда иметь в виду и видеть две важные вещи - макроэкономическую стабильность, то есть общую среду (цены, обменный валютный курс, платежеспособность и т.д.), в которой мы все работаем, и микроэкономическую политику. И последняя в значительной степени хромает, что объясняется в том числе и кадровой политикой.

- Несмотря на притеснение коррупции и создание равных для всех правил игры на бизнес-поле, иностранные инвестиции в Армению не спешат…

- Инвесторы могут многое обещать, но в дальнейшем воздерживаться от конкретных действий. Чего хотят в первую очередь инвесторы? Во-первых, иметь представление об общем направлении экономической политики, во-вторых, иметь доверие к экономической политике, то есть им должно быть видно, что сначала правительство представляет свои шаги и действия, а потом четко движется к поставленным целям-мишеням.

Приведу пример: когда мы в 2016 году внесли в повестку переосмысление налогово-бюджетных правил, я во время встреч на различных площадках с представителями международных финансовых рынков представлял им нашу идеологию, то есть то, что мы хотим сделать в плане изменения налогово-бюджетных правил, так как прежние были слишком жесткими и не содействовали экономическому росту. Эти правила вне зависимости от того, кто министр финансов, должны быть неизменными, обеспечивая стабильный экономический рост, и в этом плане кабинет должен быть постоянно подотчетным. Дав первый сигнал того, что хочет сделать правительство, далее во время различных встреч я постоянно акцентировал внимание на последовательности шагов, разъясняя каждый наш шаг.

Все это представлялось политическим силам, профессиональному сообществу, международным донорам. Шаг за шагом, причем демонстрируя результаты каждого такого шага. Это и создавало доверие. Кстати, поэтому и Fitch, и Moody's еще тогда, когда реформы находились в стартовом состоянии, уже изменили в своих рейтингах "перспективу" Армении, зафиксировав улучшение в своих отчетах, о том, что в налогово-бюджетной сфере происходят глубинные реформы. А откуда у них возникло это доверие? Да потому, что мы им говорили, где мы будем через 3 или 5 лет, а когда парламент утвердил пакет законодательства в налогово-бюджетной сфере, то и рейтинговым компаниям и инвесторам продемонстрировали его как фактическое свидетельство намерений и действий кабинета. И именно этого требует экономическая политика.

Именно этого хотят и инвесторы, которые приедут сюда строить заводы, и участники рынка капитала. Они хотят четкую доктрину экономической политики, чтобы все члены правительства говорили на одном и том же языке, задавали одни и те же направления. Это очень важно, так как экономическая политика требует командной работы, общего восприятия и подходов. Как бы ни был профессионален и честен, скажем, нынешний министр экономического развития и инвестиций, которого я хорошо знаю, одного его мало: в экономическом блоке должна быть команда единомышленников.

- И сейчас ни в программе, ни в госбюджете ничего такого не просматривается?

- Госбюджет-2019 был спроектирован по намеченным нами бюджетным правилам: эти утвержденные нами еще в 2017 году направления, как несколько раз акцентировал нынешний министр финансов Атом Джанджугазян, остались неизменными, будучи верными. Но это лишь часть игры, и одной ее недостаточно: необходимо постоянно разъяснять новые правила игры общественности. К примеру, общество ждало значительного роста расходов, но почему этого не произошло или почему правительство не предусматривает существенного, скачкообразного роста доходной части госбюджета и т.д.? Вопросов возникает много, а ответ один: так как в основе бюджета заложены определенные правила.

И второе: когда ты выносишь на суд общественности какие-то документы, программы и стратегии, они должны быть в определенной степени измеряемыми. Если инструменты достижения целей остаются неясными, то необходимо хотя бы коммуницировать их, вести разъяснительную работу, постоянно говорить об этом. Так, обществу была представлена программа кабинета, которая если по существу и направлениям не так значительно отличается от программы нашего правительства, но отличается по подходу к представлениям, причем в ней имеются и довольно амбициозные вещи, но хозсубъект хочет видеть, как это будет достигаться, реализовываться.

Важно не то, в каком формате написана программа (в мире нет принятого стандарта таких программ), а контроль над ее осуществлением. Общественность должна иметь понятные индикаторы измеряемости воплощения программы в жизнь, а не общие формулировки типа "что-то существенно вырастет", "будем иметь значительный прогресс" или "скачкообразный рост" и т.д. Хозсубъекту как деловому, прагматичному человеку это ни о чем не говорит, если он не будет иметь цифры, описание последовательности шагов по достижению тех или иных целей. Прошу понять меня правильно, я не говорю, что все эти цифры и планы действий для достижения целей должны иметь место в программе правительства, но должны быть созданы и другие документы, в которых правительство более конкретно укажет, как будет достигать своих целей и какие ресурсы будут внедрены. Кроме того, нужны и высококлассные специалисты -"чемпионы" в системе госуправления, которые в действительности осуществят новые идеи правительства.

Да, высокий темп экономического роста в Армении возможен. Почему бы и нет? При этом некоторые идеи Н.Пашиняна бесспорны: конечно, если мы хотим добиться глобальной конкурентоспособности в мире, необходимо приложить мозги, интеллект, добиться повышения производительности. Кто может с этим поспорить? Или когда премьер говорит народу, что он должен трансформировать свое сознание, мышление. Верно говорит, ведь у нас есть такие замшелые стереотипы, как, к примеру, платить за оценки, по сути, за… неполучение знаний. Как заметил приехавший как-то из США мой преподаватель, значит, что-то с нами не так. И таких порочных явлений в нашей жизни немало, но весь вопрос в том, как их преодолеть. Вот на что не дает ответа правительство.

Я вас уверяю, что сам по себе народ не изменится. Не изменится, пока в правительстве не появятся образцовые примеры, истинные реформаторы. Говорят народу - "изменяйте ваше мышление", а на высокие должности в правительстве назначают таких людей, чьи биографии меньше полстранички. Невозможно, чтобы люди равнялись на таких, с позволения сказать, "лидеров", чьим наивысшим достижением в возрасте 35 лет являлась, к примеру, должность главного специалиста. Некоторые, правда, имеют хорошее образование, но они неопытны, и, поверьте мне, на ответственных постах такие чиновники будут испытывать страх, следствием чего являются их консерватизм, неспособность принимать верные решения.

Пусть никто не придает моим словам политический подтекст, но здесь на самом деле есть проблема, есть над чем подумать. Повторяю: в Армении возможно экономическое чудо, но для этого в системе госуправления должны быть "чемпионы" - опытные профессионалы, имеющие на вооружении современные знания, подкрепленные практикой. Это то же самое, что у идущей в атаку армии должен быть ведущий, лидер, командир и полководец, который личным примером заражает и увлекает бойцов в бой. И если на эти серьезнейшие вопросы не обращать внимания, то, поверьте, реформы будут провалены.

(Продолжение следует)

http://golosarmenii.am