Политические пляски на крови, или Когда нефтяной треугольник страшнее Бермудского

22.04.19 | 17:10

Неужели проклятье Каддафи, таинственная смерть Уго Чавеса и перманентные, длящиеся десятилетиями жесткие санкции против Ирана – это звенья одной цепи? Нынешние страсти на международном рынке нефти наводят на определенные подозрения. Ведь и сегодня наиболее острые, взрывоопасные точки на политической карте мира – все те же Ливия, Венесуэла, Иран. Остается лишь понять – «Cui prodest? Cui bono?», то есть кому это выгодно…

Очередной взрыв насилия в богатейшей энергоносителями Ливии может серьезно подорвать экономику Европы, ведь именно на ливийскую высококачественную нефть ориентируются Испания, Франция, Германия и Италия. Именно она является основным конкурентом американской сланцевой нефти. Именно в составе ливанской нефти содержится очень мало сероводородов, что для нефтеперерабатывающих предприятий – самое оно.

Три самые страшные точки на земном шаре – Северная Африка, Ближний Восток, Латинская Америка

Ныне осуществляется жесточайшее давление американцев на Иран. Иранская нефть, конечно же, не настолько хорошего качества, как ливийская, однако ее много. Да и географическое положение страны таково, что близко и удобно поставлять нефть до основных потребителей энергоносителей — на запад, через Турцию (а при желании и через Южный Кавказ) в Европу, на восток – в Индию и Китай. То есть можно рассчитывать не только на Персидский залив, через который проходят танкеры, но и на строительство нефтепроводов.

В самом пике находится попытка западных стран, и в первую очередь США, раскрутить очередную цветную революцию в Венесуэле. В стране, где нефти, как говорится, хоть завались. Это выход на Атлантику – то есть прямая дорога для танкеров в Европу. А еще венесуэльская, весьма дешевая нефть с высоким процентом сероводорода в составе, весьма выгодна для американских корпораций, занимающихся переработкой нефти. Получается очень высокая прибыль именно в случае, когда перед переработкой венесуэльскую нефть смешивают с высококачественной сланцевой.

Когда нефтяные трейдеры засыпают с молитвой и просыпаются с надеждой

Именно на этом треугольнике и сконцентрировано внимание не только всех мировых нефтяных трейдеров, но и главных акторов на рынке энергоносителей. Ведь сегодня экономика этих государств зависит от цен черного золота на мировом рынке. Свистопляска цен заставляет хвататься за сердце премьеров, министров экономического и финансового блока, крупных бизнесменов, трейдеров и всех остальных, отнюдь не обязательно связанных международным рынком энергоносителей.

Сегодня цена за баррель варьируется где-то в пределах 70 долларов. Много это или мало? Выгодно, скажем, для России, Евросоюза, Соединенных Штатов или Китая? А для Японии и Индии? С этими вопросами начинается и с прогнозами на эту тему заканчивается день. Эксперты мечутся, как львы в клетке. Один предполагает, что с уходом с рынка части венесуэльской нефти (санкции-то работают) цены в ближайшие недели подпрыгнут до 75-80 долларов за баррель.

Другие отслеживают действия Соединенных Штатов, которым невыгоден резкий скачок вверх. Пытаются предугадать, когда Вашингтон решит открыть свои закрома и сбросить цены до неприличных 40 долларов за баррель с тем, чтобы жестко и окончательно придушить потенциальных противников в двух регионах — Иран (Ближний Восток) и Венесуэлу (Латинская Америка).

Третьи внимательно следят за развитием событий в Ливии, где нефть добывается хоть и достаточно далеко, порядка в 700 километрах, от районов боевых действий (столицы Триполи), однако терминал Эз-Завия находится буквально под боком. Да и все помнят трагедию и обвал на рынке энергоносителей, когда из тринадцати ливийских скважин работало лишь три. А ведь ливийская нефть – это одиннадцать процентов от общего объема потребляемой Европой нефти.

Когда цены на нефть подскочат так, что это приведет не просто к политическим, но и к «тектоническим» сдвигам на карте мира

Все с ужасом ждут, в какой же из трех точек рванет. Да так, что мало никому не покажется. Предположим, случится это в Венесуэле, если Соединенные Штаты вдруг прибегнут к силовому решению вопроса. И еще ничего, если не дойдет до большой, серьезной войны, поскольку армия у Венесуэлы представляет собою серьезную боевую единицу, да и хранит верность своему главнокомандующему – законно избранному президенту Николасу Мадуро. Ведь в случае серьезного военного конфликта вообще приостановятся поставки венесуэльской нефти, и цены взлетят до астрономических.

А вдруг американцы параллельно начнут усиливать давление и на Иран? Скажем, больше не дадут Индии, Китаю, Японии каких-то льгот, позволяющих обходить санкции США? И пусть не все, но многие из трейдеров, боясь американских вторичных санкций, уйдут с рынка со своей иранской нефтью? Ведь тогда цены взлетят намного выше тех самых астрономических, о которых было сказано раньше. А ну так именно тогда действительно до предела обострится ситуация в Ливии?

В общем, следует понимать так, что нынешняя, более-менее стабильная ситуация на международном рынке энергоносителей, невзирая на периодические потряхивания, покажется раем. И вряд ли даже Саудовская Аравия (со своей инфраструктурой) совместно с американцами (со своим запасами в загашнике) сумеют справиться с серьезнейшим за всю историю нефтяным кризисом. Между тем кризисы подобного рода очень легко могут вызвать целый ряд серьезных политических, а то и геополитических потрясений, способных в итоге вылиться в крупные боевые столкновения и двже в полноценную войну.

Во всяком случае обрисовавшийся на политической карте мира треугольник будет пострашнее, нежели все проблемы, тайны и список потерь, накопившихся за все время существования Бермудского треугольника. Остается лишь разгадать – кому все это нужно, кому выгодно? Как в свое время говорили латиняне: «Cui prodest? Cui bono?»