При чем тут Армения

16.05.19 | 16:19

Ни ЕС, ни его «восточные партнеры» не смогли предложить друг другу какую-то конструктивную перспективу сотрудничества, считает эксперт Ростислав Ищенко.

Об исчерпанном потенциале Восточного партнерства (ВП) свидетельствует уже то, что, несмотря на круглую дату – десятилетие, в Брюсселе на уровне глав государств были представлены только Азербайджан и Украина, на уровне глав правительств – Молдова, Грузия и Армения, а остальные страны, включая Беларусь, – на уровне министров иностранных дел.

Еврочиновники неофициально объясняли такое понижение представительства на юбилейном саммите неясностью ситуации с выходом Британии из ЕС, но во всех остальных случаях проблема Brexit не мешает собираться главам европейских государств. Да и в принципе непонятно, что такого могла учудить на саммите Тереза Мэй.

Нежелание глав государств тратить время на саммит Восточного партнерства свидетельствует о проходном характере мероприятия. Но дает ли это нам право говорить об исчерпании потенциала всего формата? Ведь иногда бывает, что конкретное мероприятие не задалось, а в целом идет динамичное развитие.

Про общий потенциал Восточного партнерства

Помимо снижения общего уровня представительства, саммит завершился без совместной декларации. Обвиняют Азербайджан, который хотел добиться своей формулировки по вопросу о Нагорном Карабахе, естественно, заблокированной Арменией, однако из практики ЕС нам известно, что если принять какой-то документ действительно необходимо, то любые противоречия снимаются, спорные формулировки выносятся за скобки, а упорствующих коллективно принуждают занять более конструктивную позицию.

Фактически страны ЕС в данном случае просто воспользовались поводом не подписывать совместную декларацию, а значит, не фиксировать никакие обязательства (либо же полное отсутствие перспектив).

Выбор был именно таким. Ни ЕС, ни его «восточные партнеры» не смогли предложить друг другу какую-то конструктивную перспективу сотрудничества.

Если фиксировать итог саммита на бумаге, можно было бы ограничиться строкой из песни Олега Митяева: «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались». Посидели, поговорили, пообедали – конкретный выхлоп нулевой.

Собственно, это видно даже по СМИ. Саммит Восточного партнерства не в каждую ленту новостей попал. Нечего было писать.

Президент РБ Александр Лукашенко послал в Брюссель своего министра иностранных дел Макея. Это вызвано попытками белорусского президента маневрировать между Россией и ЕС, а также его высокой чувствительностью к вопросам протокола. Если бы западные страны были представлены в Брюсселе президентами и премьерами, Лукашенко бы приехал, но на встречу с министрами он прислал своего министра. Тем более что Макей – главный белорусский «евроинтегратор». Ему и карты в руки.

Поездка в Брюссель премьер-министра Молдовы Павла Филипа вызвана соперничеством «проевропейского» правительства с отказавшимся ехать на саммит «пророссийским» президентом Додоном. Если бы Додон не заявил свою позицию публично, возможно, и Филип бы отправил в Бельгию министра иностранных дел.

Визит в Брюссель Порошенко не стоит даже комментировать. Уходящий президент Украины как с цепи сорвался. В последние дни своего президентства он раздает ордена, звания, совершает зарубежные визиты. Пытается напоследок натешиться статусом. Ни к политике, ни к дипломатии это не имеет никакого отношения. Это такой характер.

Прикрыться Европой?

Единственный существенный момент – попытка Грузии, Украины и Молдовы зафиксировать в документах саммита обязательство ЕС поддерживать страны-партнеры в сфере безопасности, энергетики и транспортных перевозок. Фактически речь идет о попытке возложить на ЕС ответственность за сохранение российского транзита (не только газового, что волнует в первую очередь Украину) через территорию этих стран, а также переложить на Брюссель проблемы конфронтации с Россией – прикрыться Европой как щитом.

Министры иностранных дел Евросоюза эту инициативу благополучно похоронили. Впрочем, это не остановило премьер-министров Грузии и Молдовы, которые выступили с заявлением о необходимости придания Восточному партнерству нового импульса. Выступили безрезультатно.

Между тем, если речь идет о необходимости нового импульса, значит, старый себя исчерпал. Но руководители ЕС советуют странам-партнерам «полнее использовать имеющийся потенциал». То есть, по факту, переводят формат в режим стагнации.

Это неудивительно. На саммите странами-партнерами сообща не было выдвинуто ни одной инициативы. Максимум объединялись три из шести стран-партнеров.

Углубление интеграции с Евросоюзом сейчас невозможно на фоне глубоких разногласий в ЕС, уже приведших к тому, что Франция и Германия хотят реформировать Евросоюз, переведя значительную часть стран-членов (включая всю Восточную Европу) в низшую лигу. Им хотят предоставить «право» выполнять решения без права влиять на их принятие.

Но страны – партнеры ВП смысл существования Восточного партнерства видят именно в том, что оно (по их мнению) должно стать переходным этапом к полноценному членству. А иначе зачем уже принесенные жертвы и те, которые еще необходимо будет принести?

В этой связи точки над i расставляет комментарий одного из чиновников Евросоюза: «Позиция ЕС относительно задач Восточного партнерства, его приоритетов была ясно сформулирована, а мифы, которые с ним связаны, опровергнуты: инициатива ВП не является процессом присоединения к ЕС, она не направлена против какой-либо страны, участие в инициативе не исключает членства в Евразийском экономическом союзе».

В общем, Восточное партнерство к десятилетию своего существования пришло в состоянии чемодана без ручки. И отменить нельзя, и использовать невозможно. Очевидно, постепенно оно будет переведено в тот же режим, что и некогда разрекламированный ГУАМ. Кто о нем сейчас помнит? А какие саммиты проводились!

Ростислав Ищенко, президент Центра системного анализа и прогнозирования

Источник: Sputnik