КП: Приведет ли к миру карабахский серпантин?

30.05.19 | 13:45

Журналист «Комсомолки» побывал в Республике Арцах спустя 25 лет после прекращения огня

ГОСТЬ В ДОМ...

- Здравствуйте! А с какой целью вы были в прошлом году в Азербайджане? - очаровательная девушка на погранпосту в международном аэропорту Еревана, равнодушно вертевшая в своих пальчиках мой загранпаспорт вдруг только что не ощетинилась иголками, увидев штамп погранцов сопредельного с Армениейгосударства на одной из страниц.

- Видите ли, сударыня, - я достал редакционное удостоверение. За спиной милейшего существа к тому времени уже выросла фигура представительной и также весьма симпатичной начальницы смены, очевидно, вызванная кнопкой. - Я - журналист и поэтому бываю в командировках по заданию редакции в разных странах. Кстати, в прошлом году меня в Баку не спрашивали, зачем я посещал Армению за два года до приезда к ним.

- Порядок такой, - снова оттаяла красотка в форме. - понимаете, наверное?

И, улыбнувшись еще раз и записав номер телефона и адрес электронной почты: «Порядок! - проштамповала страницу паспорта. - Добро пожаловать!»

- Ja, ja, natürlich, - в ответ осклабился я, увидев проштемпелеванный паспорт. - Ordnung schlägt Klasse.

И вышел в зону встречи пассажиров, желая затянуться побыстрее сигаретой. Да, Ереван, прошлый раз ты встречал меня намного гостеприимней... Впрочем, еще вопрос, просто ли меня не пустят теперь в Азербайджан после этой поездки, завернув на границе, или же придется познакомиться с тамошними местными тюремными порядками.

Впрочем, такая суровость - это действительно лишь обозначенный регламентом порядок. В самом Ереване и всей Армении по-прежнему гостеприимны, радушны, разве что по центральным улицам и площадям гуляют уже не прежние, трехлетней давности красивые девушки (те за прошедшее время перешли в другую возрастную категорию, как правило, молодых мам), а новые, ни в чем прежним не уступающие. А один из бывших бакинских армян, проживающий ныне в Нагорном Карабахе, даже наполовину в шутку спросил, узнав, что в прошлом году был в Баку: «А можно за тебя подержаться?» Было бы смешно, если бы не так грустно. Потому что в шутку это тоже было наполовину.

Все остальное, впрочем, вполне предсказуемо. И традиционное кавказское гостеприимство. И любовь к России и россиянам, немного приправленная ревностью к другим регионам Кавказа и Закавказья. Кто мол, еще был таким верным союзником России все это время, а Москва «к нам относится ровно так, как и ко всем остальным».

Спустя 25 лет после прекращения огня в Нагорном Карабахе 12 мая 1994 года, мы вновь едем в Арцах, как еще называют регион. Мы стремимся к горам, покрытым белоснежными шапками вечных снегов, а они, словно зная об этом, и не желая встречаться с нами, будто бы убегают. Мы ближе, они - дальше. Мы ближе, а они снова дальше. И вдруг - вот они, рядышком, выходи, если не веришь, можешь пощупать руками...

Непризнанная Республика Арцах. Непризнанная Приднестровская Молдавская республика, Абхазия, Южная Осетия, ДНР, ЛНР. Не слишком ли много «наследства» получили народы и республики разваленного в спешке и без цивилизованного развода СССР? Боюсь даже предположить, но уверен, что, если бы руководителям советских республик, претендующих сейчас на спорные территории и образования государственного характера на территории Советского Союза, предложили бы в свое время отказаться от них в обмен на гарантирование независимости, они бы с радостью пошли на такой шаг. Оттого-то вина и Ельцина, и Горбачева, и остальных «могильщиков Союза» еще больше, что их волюнтаристские решения стали причиной гибели сотен тысяч и миллионов мирных граждан жителей того СССР.

Однако, об этом совсем не думается в дороге, где все мысли сосредоточены на том, впишется ли наш водитель, проскакивающий на высокой скорости в очередной поворот серпантина в гору или нет. В первую гору, вторую, третью. Потом к серпантинам привыкаешь, и солнце делает свое коварное дело, смежая веки, давая уму передышку от постоянного восхищения красочными и контрастными рельефными пейзажами. И только когда начинается спуск по тем же серпантинам, причем, примерно на той же скорости, мозг даже через закрытые веки получает сигнал «опасность!», когда на тебя на серпантине из-за поворота выскакивает на твоей полосе встречная легковушка, и резко пробуждает тебя к действительности. Впрочем, потом приходит время спуска со второй горы, с третьей, четвертой... А солнце все печет, даже через затонированное стекло... И через какое-то время вязкого сна, разомлев на этом жарком солнце, ты вдруг просыпаешься, как от толчка. А? Что? Приехали? Приехали.

В ЭТУ НОЧЬ РЕШИЛИ КАРАБАХЦЫ

Столица непризнанной Республики Арцах, Степанакерт, городок, по российским масштабам, маленький и архипровинциальный. Чуть больше 50 тысяч населения (это при том, что все население Арцаха вряд ли превышает 150 тысяч человек). Для Нагорного Карабаха - это столица, центр цивилизации и место, где сосредоточены практически все из существующих массовых коммуникаций.

Буквально за месяц до нашего приезда в Степанакерте открыли новый Кафедральный собор, поражающий своей монументальностью и внутренним убранством.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

Глядя на нынешний, практически заново отстроенный Степанакерт, не верится, что каких-то 27 лет тому назад, к весне 1992-го город практически весь был разрушен азербайджанской артиллерией и бомбардировками. Что жители в нем жили чуть ли не как в блокадном Ленинграде – без света, воды, продуктов, электричества, лекарств. И люди даже начинали опухать с голода. А по ним в это время с господствующих окружающих высот лупили почем зря из пушек и «Градов». Помните кадры обстрела Цхинвала грузинским «Градами» 08.08.08? А в Степанакерте так было чуть ли не каждый день свыше полугода. Стреляли не по каким-то военным позициям, не по конкретным целям, а били просто по площадям. Расположенный в низине меж высоких холмов и предгорий Степанакерт лежит как на ладони и представляет такую цель, по которой при всем желании нельзя промазать. Особенно выгодная позиция была со стороны Шуши – городка с подавляющим большинством азербайджанского населения, а с начала блокады Нагорного Карабаха, с исключительно азербайджанцами местными жителями.

Так выглядит Степанакерт с господствующей высоты со стороны Шуши. Идеальная цель, чтобы не промахнуться. Отсюда его и накрывали РСЗО.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

И тогда в майскую ночь на 8-е число карабахские армяне предприняли опасный и безумно дерзкий штурм Шуши. По дороге на городок пошла бронетехника в количестве двух танков, и первый был подбит защитниками шуши, да так, что с него сорвало башню (сейчас этот танк стоит на постаменте на месте своей гибели). Азербайджанцы возрадовались, но рано. Потому что у стоящего на горе Шуши, практически неприступного, поскольку окружен гигантскими ущельями с отвесными скалами, именно на дне этих настоящих каньонов были сосредоточены карабахские добровольцы, которые в ночь залезли по этим отвесным скалам наверх. А потом ударили с двух сторон. Там, где их не ждали. И абсолютно неожиданно для азербайджанцев оказались на окраине городка. Кстати, в числе последних из Шуши уходил и ставший позднее печально знаменитым террористом чеченский боевик Шамиль Басаев. Он тогда воевал на стороне Азербайджана. Оттачивал, так сказать, навыки на мирном армянском населении.

По этим отвесным скалам ночью карабахские добровольцы карабкались с оружием за спиной, чтобы перед рассветом атаковать азербайджанских военных в Шуши.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

Так Шуши стал армянским городком. А, вернее, такими же развалинами, как и Степанакерт в те годы. А жить в нем стали семьи армянских беженцев из Азербайджана. Когда-то в этом красивейшем городке насчитывалось под 50 тысяч человек, а сейчас в Шуши немногим больше трех тысяч жителей. Но это если брать ночное, постоянное население. А дневное в два раза больше. Степанакерт перевел сюда Министерство культуры Нагорного Карабаха, некоторые другие ведомства, в Шуши из столицы НКР приезжают учиться студенты местного республиканского университета.

В Шуши повсюду нормальные, вновь отстроенные дома соседствуют с развалинами, имеющими не археологическое происхождение, а вполне себе современное, только военное. Насквозь проломленные стены без крыш, пустые глазницы окон, в которых колышется буйная местная растительность, мусор в ямах на месте бывших полов, и тощие коты, греющиеся на останках домов, в которых некогда жили люди. Словно война тут прошлась не почти 30 лет назад, а буквально, если не вчера, то, максимум, несколько месяцев тому назад.

Последствия обстрела и штурма Шуши остались до сих пор.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

Слава Богу, есть вода и электричество, от Степанакерта ведет хорошая дорога. И побыть тут несколько часов – не проблема, вокруг – тишина и спокойствие, но жить тут постоянно, среди следов былой красоты, явно смогут только люди с крепкой психикой. Или те, кому больше некуда деваться. Самое интересное, что в Шуши два совершенно исключительных музея. Один – изобразительных искусств, где собрано чуть ли не тысяча картин и скульптур, причем, все они были преподнесены музею в дар. Есть среди них даже такие, что приобретались на международных аукционах. Второй музей по своим размерам очень скромен, но его коллекция еще более удивительна. Это геологический музей, основанный последним министром геологии СССР Григорием Габриэлянцем, бросившим в свое время обеспеченную жизнь в Москве и переехавшим жить и работать в Арцах. Недавно, кстати, отпраздновавшим свое 85-летие. Потрясающей красоты минералы переливаются в этом музее в лучах света буквально такими цветами, что начинаешь понимать, что все изыски человека в области дизайна – это не больше, чем жалкие поделки по сравнению с силой природного замысла.

ДВЕ ВЕРСИИ ОДНОГО ПОСЕЛЕНИЯ

Местная молодежь разучивает после школы во дворе музыкальной школы народные армянские танцы, местные художники разбирают завалы на месте развалин бывшего театра марионеток, а еще специалисты НКР заняты тем, что реставрируют местные же, шушинские мечети, которые тоже хранят отметины тех боев в 1992-м.

- Зачем? – удивился я. – Ведь азербайджанцы же тут давно уже не живут. Кому тут нужны тогда мечети?

- Ну, мало ли, культурное наследие, культурное наследие, - немного смутившись, ответил местный гид, а потом, как-то резко изменившись в лице сказал, как рубанул воздух словами. – пусть они знают, что мы не такие варвары, как они. Это они сбрасывали могильные камни с армянских могил, а мы даже их камни не трогаем. И все восстановим.

Они – это, конечно, азербайджанцы. Могильные камни, которые действительно были сброшены ими с армянского кладбища под откос, практически вытащили наверх и поставили на старые места.

Молодежь Шуши разучивает армянские народные танцы.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

- А азербайджанское кладбище где? – спросил один из коллег. Сопровождавший нас сотрудник МИД НКР Тархан, стильно одетый худощавый и очень молодой человек на пару мгновений смутился.

- А его тут нет и не было, - нашелся он с ответом.

- Как же не было? Если тут жили преимущественно азербайджанцы.

- Нет, их тут мало было.

- Слушайте, даже в Википедии написано, что по результатам последней переписи населения в СССР 98% населения Шуши составляли азербайджанцы. Они тут что, не умирали что ли? Или не хоронили своих родственников?

- Я не знаю ничего об этом, - окончательно смутился Тархан. Азербайджанское кладбище позже нашлось. По соседству с русским.

Позже, по возвращении в Ереван, попивая вкуснейший ереванский кофе, я спросил приятеля-армянина, что он думает, действительно ли Тархан не знал ничего об этом или это работают пропагандистские штампы.

- Такое, да еще в маленькой республике не знать нельзя, - ответил Ашот. – Конечно, пропаганда. И очень жаль, что так говорят, потому что даже очень маленькая ложь пачкает собой всю большую правду. И к тебе начинают испытывать недоверие.

ПРОМЫСЕЛ БОЖИЙ

А вот Степанакерт отстроили заново так, что даже не верится в не такие уж и давнишние сплошные развалины на месте этого нынешнего цветущего города. Одна из главных строек последних лет, завершившаяся за месяц до нашего приезда – Кафедральный собор Покрова Пресвятой Богоматери. Гигантское сооружение из розового туфа освятили и открыли для служения 7 апреля, и сейчас оно возвышается над окрестными зданиями. Кстати, не пустует.

Как и один из старейших монастырей Армянской апостольской церкви в Дадиванке. К нему, в горах не только иностранные туристы приезжают, но и жители из окрестных сел приходят своими ногами на высоту в 1100 метров над уровнем моря, на поросший сплошным лесом южный склон горы. Практически вместе с нами (так получилось) к монастырю пришли местные школьники на встречу с родителями погибших при защите Арцаха солдат.

Один из старейших монастырей Карабаха Дадиванк.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

Пока школьники ждут встречи с родителями, мы топаем по монастырю, благо он совсем небольшой, хоть и очень древний (начальные сведения о нем относятся к IX веку, а святилище на месте могилы первого армянского христианского проповедника Святого Дади появилось еще в первом веке) и буквально столбенеем, увидев древние фрески на стенах церкви. История их обретения похожа на сказку.

Фрески монастыря Дадиванк, датируемые второй половиной XIII века, сохранились буквально чудом.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

- В 50-х годах 20-го века в монастыре тогдашние власти поселили на жительство семью азербайджанского курда-пастуха, - рассказывает настоятель монастыря Дадиванк – отец Ованнес Ованнисян. – Овцы занимали другие помещения монастыря, а в церкви его семья готовила пищу на очаге. Когда мы освободили эту землю и монастырь, то стали приводить храм в порядок, а, начав отмывать стены от копоти, сплошным слоем покрывшей храм изнутри, обнаружили древние фрески. Был объявлен сбор средств, приехали мастера из Италии, и вот теперь фрески с изображением самого Иисуса, Ильи-пророка, Николая-чудотворца и Богоматери вернулись к нам.

Настоятель монастыря Дадиванк отец Ованнес Ованиссян освобождал храм и, если потребуется, готов воевать снова.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

На противоположной стене – фреска с изображением побиваемого язычниками камнями Святого Дади. Обе фрески датируются второй половиной 13-го века. А потому имеют не только религиозное и культурное значение, но и статус исторического доказательства, что армяне здесь были издавна.

- Получается, что этот пастух-азербайджанец был, по факту, орудием Божьего промысла? – спрашиваю я отца Ованнеса после того, как он сказал, что если бы азербайджанские власти узнали о фресках, то постарались бы уничтожить храм вместе с ними. Он в ответ соглашается и замечает, что Господь не допустил такой утраты для верующих.

Народ тут очень верующий. Что и понятно – в на грани военного конфликта Нагорном Карабахе и полуприфронтовом городе, а Степанакерт в любой момент может стать по-настоящему прифронтовым, как на войне: количество атеистов стремится к нулю.

Глава Арцахской епархии Армянской апостольской церкви Григорий Мартиросян уверен, что с азербайджанским духовенством им делить нечего.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

МИРНАЯ ЖИЗНЬ ПРИФРОНТОВОЙ СТОЛИЦЫ

Однако, про вот этот статус полуприфронтового совсем не думается, когда видишь обычную жизнь столицы НКР – улицы полны гуляющего и спешащего по своим делам с раннего вечера и до ночи народа, из распахнутых из-за жары окон музыкальной школы (а есть еще и училище), словно соперничая друг с другом, вылетают на улицу звуки трубы и тромбона и соревнуются с автомобильными гудками, в парке весело крутятся отстроенные заново карусельки для детей, а сами дети носятся радостными взвизгами и криками везде, где им нравится. Дети, кстати, и в Армении, и, в частности, в Карабахе тоже, самые привилегированные местные жители. Они здесь непосредственны, артистичны, взрослые им уступают дорогу, а вечерами, в кафе, где нет свободных мест, они весело носятся между столиками и по свободному пространству, заставляя официантов буквально столбенеть, когда какое-нибудь вихрастое или с косичками чудо внезапно появляется на их пути. К подросшим детям тут тоже особое отношение. В столице НКР прочно обосновалось и работает TUMO – центр креативных технологий для обучения детей в возрасте от 12 до 18 лет. Самые современные компьютеры и технологии в сфере дизайна и программирования школьники в этом филиале Ереванского центра осваивают тут совершенно бесплатно. В центр очередь из детей, желающих профессионально состояться в новых сферах занятости, чтобы иметь возможность работать, будучи самозанятым. И это не какая-то местечковая самодеятельность - в 2016-м центр креативных технологий «Тумо» оказался на первом месте рейтинга инновационных школ мира, составленного французским журналом «We demain». Свободных компьютеров в центре просто нет, вне зависимости от времени дня и недели.

Попасть в ТУМО (Центр послешкольного обучения) в Степанакерте целая очередь желающих.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

Степанакерт совсем не похож на город, который выбивается из последних сил, чтобы хоть как-то выжить. По всему городу отделения банков и уличные банкоматы, работают строительные краны, а кварталы многоэтажных домов для семей офицеров и контрактников – отдельная гордость местных властей. Строить тут стараются много.

- У нас уже устоялось соотношение, что 40% строительства идет за государственный счет, в первую очередь, инфраструктуру, а 60% приходится на долю частных компаний, благотворителей, - информирует нас Государственный министр Республики Арцах Григорий Мартиросян. Благотворители – это не пустой звук. Среди жителей Армении, граждан России армянского происхождения и прочей зарубежной диаспоры нашлось много людей, которые профинансировали значимые для республики проекты. В первую очередь – в области здравоохранения. Новым зданиям республиканских больницы, роддома и т.д. могут позавидовать коллеги арцахских врачей в Ереване. И, наверное, во многих российских городах.

Государственный министр Республики Арцах Григорий Мартиросян считает, что карабахцам есть чем гордиться.Фото: АЛЕКСАНДР ГРИШИН

- За последние 10 лет рост ВВП в среднем ежегодно составил 10,4%, - продолжает с гордостью извещать нас Мартиросян. - Средняя зарплата еще уступает Еревану – 161 тысяча драмов (около 22 400 рублей на наши деньги), но сохраняя такие темпы, мы в ближайшие годы догоним большую Армению.

Особая гордость республики – небольшие гидроэлектростанции. Их тут за последние годы запустили около 20-ти, и республика стала энергоизбыточной. Задумываются о масштабной продаже излишков электроэнергии в Армению.

Туристы в Арцахе попадаются на каждом шагу. Не только из самой Армении или России, но и из дальнего европейского зарубежья. Для них стараются создать все условия – построили почти 2 тысячи гостиничных мест. Вывески гостиниц и отелей с отельчиками встречаются чуть не на каждом шагу. Для туристов тут рай – живописнейшие места, старинные храмы, кухня в категории «пальчики оближешь» и т.д. Для них даже отменили госпошлину при получении туристических виз. И немудрено, что в 2018-м в Арцах приехали погостить больше 30 тысяч человек. Прирост к 2017-му – более 23%.

Но и о своих не забывают. Ипотека семьям выдается под 12-15% годовых. Вроде бы много, но государство субсидирует половину процентной ставки. После рождения ребенка ставка снижается, после рождения второго снижается еще больше и так до тех пор, пока проценты, вообще, не доходят до нуля. И демография в Арцахе на подъеме. Есть и возвращающиеся по программе репатриации (от тысячи до полутора тысяч человек ежегодно, если верить министру), но имеется и естественный прирост населения.

Одним словом, чуть ли не рай земной, если бы не близость линии фронта в состоянии перемирия, который в любой день может превратить его в настоящий земной ад.

- А не страшно вам тут? – спросил я в последний день пребывания в Степанакерте у одной из молодых мам, на скамейке в парке наблюдающей, как ее малышка в компании с подружками самозабвенно играет с питьевым уличным фонтанчиком.

- А что делать, - как-то по-простому сказала она в ответ. – К тому же мы знаем, что если что, надо на границе (с Азербайджаном – прим. авт.) продержаться всего несколько часов. И помощь придет. Со всей Армении.

- Это точно, - подтвердил мои слова уже в Ереване тот самый предприниматель Ашот. – Я второго апреля 2016-го не смог ни одного такси найти до работы доехать. Все поехали в Карабах. И стар, и млад.

- И хипстеры тоже, - не удержался я, чтобы не подколоть.

- В этом вопросе у нас и хипстеры, и таксисты одинаковы, - серьезно ответил Ашот. – Я сам тоже пошел в добровольцы, но меня, как гражданина России, не взяли. Сказали, будет надо – потом позовем.

Это, конечно, хорошо, что и хипстеры, и таксисты вместе. Но лучше бы все же, чтобы не потребовалось.

(Москва – Ереван – Степанакерт – Шуши – Москва)

ИСТОЧНИК KP.RU