Поствоенная Армения: выдержит ли армия шоковую терапию?

25.12.20 | 11:38

Укрепление армии и вывод ее из состояния шока потребует долгих усилий и нервов. В условиях внутриполитической турбулентности и хаотичности действий правительства рассчитывать на быстрый успех не приходится.

Война в Карабахе и поствоенные процессы оказывают крайне серьезное влияние на дальнейшее государственное строительство в Армении. Итоги войны еще будут тщательно проанализированы, но некоторые, далеко не радующие, акценты можно расставить уже сейчас. Речь конечно же, в первую очередь, идет об армии. Именно вооруженные силы в первую очередь испытывают на себе всю "прелесть" поствоенной ситуации.

Начать следует, пожалуй, с границ, с пресловутой демаркации. В результате сдачи территорий Азербайджану Армения получила 528 километров дополнительной границы с соседним государством. Возникли новые рубежи, которые сейчас нужно обустраивать, причем обустраивать не по принципу окопов и траншей, а по современным стандартам военно-инженерной мысли.

Для армии сейчас особенно тяжело еще и потому, что как показывает опыт войны в Карабахе, политическое руководство не всегда прислушивается к рекомендациям и предложениям генералитета. Иначе, как представляется, не отдавались бы так быстро, одним росчерком пера, десятки километров выгодных позиций.

Разумеется, в силу закрытости армейского института, мы не можем знать о многих кулуарных дискуссиях, но нетрудно догадаться, какой неприятный сюрприз преподнесло армии политическое руководство страны. Уход от выгодных позиций, продление границы и необходимость возведения новых инженерных укреплений и сооружений станет новой головной болью для военных, и без того пребывающих в состоянии шока и не всегда понимающих логику действий политиков.

Как представляется, дальнейшая работа над ошибками непременно должна предполагать перевод экономики на военные рельсы. Вся экономика должна подчиняться обороне и безопасности, но звучащие из уст политиков пацифистские заявления, обещания начать торговлю с турками и азербайджанцами, открыть коммуникации вряд ли дают повод рассчитывать на "милитаризацию" экономики. О коммуникациях и налаживании отношений, конечно, нужно говорить. Но только тогда, когда контрагент готов идти навстречу, а не угрожать последующим захватом Сюника и Севана. В ситуации, когда азербайджанские солдаты врываются в армянские дома на приграничных территориях и, угрожая расправой, выселяют жителей, а правительство кормит общество иллюзорными гарантиями безопасности, вряд ли можно ожидать, что это же правительство будет создавать качественно новую армию.

Первые признаки беспомощности политического руководства мы увидели в случае с Соткским золоторудным месторождением, когда вместо того, чтобы давать своевременные, оперативные разъяснения, власти "заказали" пресс-конференцию высокопоставленного военного, долго и мучительно пытавшегося оправдать нежданный визит азербайджанских солдат на рудник. Затем выяснилось, что нужно наспех проводить демаркацию, и проводить по GPS, а не по геодезическим картам.

Проблема еще и в том, что уступки со стороны Армении при делимитации границ носят исключительно односторонний характер. Иначе Азербайджан должен был передать Армении ее анклавы в Тавуше, в частности, Арцвашен. Этого, конечно же, не делается, что и демонстрирует ущербность политики официального Еревана.

Укрепление армии, вывод ее из состояния шока потребует долгих усилий и нервов. Проблема в том, что внутриполитическая турбулентность, хаотичность действий правительства и общества оказывают крайне негативное влияние на настроения в армии. Постоянные споры о предательстве, готовности-неготовности армии к войне, попытки высшей власти переложить ответственность на военных – все это создает крайне гнетущую атмосферу, которая к сожалению, в перспективе может привести к бегству кадров из вооруженных сил.

Боеспособность армии предполагает в числе других факторов и эффективную социальную защиту военных. Но о какой защите можно говорить, если большая часть офицеров среднего и младшего звеньев сегодня завязла в бесконечных кредитах? И государство до сих пор ничего не сделало для того, чтобы вытащить своих военных из кредитной кабалы.

В условиях нынешней критической нехватки сил и средств, единственным утешением и "отдушиной" разве что можно считать присутствие российских пограничников в Сюнике и дополнительное усиление южных рубежей республики за счет российского контингента. Наличие российских войск здесь помогает военному руководству сэкономить значительные людские, материальные и технические ресурсы, которые оно сможет использовать в других направлениях. Насколько власть справится с этой задачей и сумеет ли воспользоваться российским "бонусом", тема для отдельного разговора.