Ружье на стене стреляет дважды: почему Сербия и Косово никак не помирятся

02.08.22 | 13:55

Если честно, всю эту ночь, после того как сербский президент Вучич обратился с воззванием к нации, меня преследовал эффект дежавю.

Если ружьё висит на стене, рано или поздно оно обязательно выстрелит. Отношение между Сербией и Косово - это такое ружьё.

Александр Вучич провел ночь в здании Генштаба вооруженных сил республики, обсуждая возможное начало боевых действий.

«Думаю, что мы никогда не были в более сложной и тяжелой ситуации. Я прошу албанцев остановиться, а сербов не поддаваться на провокации», — сказал сербский президент.

Он предположил, что в случае развертывания силового сценария Белград непременно победит.

Для мира же обострение ситуации в Косово - это очередная матрешка Пандоры. Как только открываешь одну, так тут внутри оказывается ещё одна - и так до бесконечности.

При том, что я ни разу не поддерживаю ни сербов, ни албанцев. У каждого своя правда. Но это не наша история и… слава богу, что напрямую она не наша.

Впервые я побывала в Сербии зимой 2000-го. Вскоре после бомбардировок Белграда авиацией НАТО.

В югославскую войну все были «хороши», и все всем рубили головы. И мусульмане, и христиане. При воспоминаниях о балканских зверствах Донбасс, если честно, отдыхает. Здесь на этнический конфликт накладывался ещё и конфликт мировоззрений, религий.

Я до сих пор не могу забыть выколотые глаза святых в православном монастыре в Грачанице.

Кому они могли помешать, эти нарисованные на стенах фигуры?

Когда я приехала в Косово десять лет спустя после ввода миротворцев, это была уже цивилизация.

Албанцы открывали новые, вылизанные до евроблеска отельчики. Выставляли на ресепшн флаги государств, чьи граждане у них гостили. Они искренне мне улыбались и, если надо, свободно говорили со всеми приезжими на бывшем государственном, а ныне полузапрещенном сербском языке. Знали даже пару слов по-русски. Наших в Косово уважали излишне демонстративно — причина этого была ясна, все здесь помнили бросок российских десантников в столицу Приштину.

Оставшиеся сербы в Приштине, когда я была там крайний раз, это были такие зверюшки в резервации. Их охраняли международные миротворцы, создавали условия для жизни в вольерах, – вот, смотрите, живые и невредимые сербы, значит, у нас «мир, дружба, жвачка».

Многострадальные Балканы всегда стояли на перепутье чужих дорог и интересов.

Меня до сих пор не покидает ощущение, что Косово - это Донбасс наоборот. Как будто бы они глядятся друг в друга, как в зеркало. Но там, где у одного - право, у другого лево.

В своё время Запад поддерживал косовских сепаратистов.

Россия - президента Милошевича.

Все закончилось ядерной бомбардировкой Белграда, введением миротворческих войск KFOR, официальным отделением и признанием Косова.

Для Сербии это было актом национального поражения и унижения.

Для России – во многом последняя возможность проявить геополитические амбиции, развернувшись самолетом Примакова на середине Атлантики. Потом подобную вольность мы допустили только в марте 2014-го - с Крымом.

Далее на МК