«Матерям говорили, что их дети умерли»: страшная история сирот Дюплесси

16.12.16 | 13:47

Их можно встретить на улицах канадского Квебека – они работают грузчиками и дворниками, просят милостыню и спят на лавках в парках. Это так называемые сироты Дюплесси, жертвы чудовищного "эксперимента", проведенного католической церковью в 1940-1950-е годы. Тысячи детей содержались в монастырских приютах и психиатрических лечебницах, где их насиловали и пытали. РИА Новости — об одном из самых трагических событий в истории Канады, о котором молчали десятилетиями.

Дети греха

Люсьен Лэндри – один из немногих, кто выжил в этой системе. Сейчас он возглавляет комитет, который занимается защитой прав сирот Дюплесси. Он прожил в психиатрической лечебнице при церкви, куда попал с ложным диагнозом, семь лет. Лэндри рассказал о своей истории и о том, как реализовывалась программа, которую впоследствии в Канаде назвали геноцидом.
"В психиатрических лечебницах нас лечили холодным душем и таблетками, ставили опыты над сиротами, над детьми, потому что у них не было родителей. Проводились опыты в научных целях. Но не было тестов с целью определить состояние этих детей. Это было системно организовано врачами и согласовано с министерством здравоохранения Квебека в период Дюплесси. Кроме того, сирот продавали американцам", — сказал он.
Морис Дюплесси — бывший премьер-министр Квебека, он пришел к власти в 1936 году, после почти 40-летнего правления либеральной партии. Дюплесси отстаивал интересы консервативной части общества, был националистом и ярым католиком. Власти закрывали газеты, преследовали коммунистов, ограничивали в правах профсоюзы. Но настоящими жертвами режима стали дети: их забирали из бедных семей, у безработных родителей и у матерей-одиночек. Судьба младенцев, рожденных вне брака, еще трагичнее. Женщинам приходилось отказываться от них без надежды когда-либо увидеть. Младенцы сразу после рождения попадали под опеку церкви, и относились к ним как к "плоду греха".
Квебек
"Пришедшей за ребенком матери – и я могу это доказать – говорили, что ребенок умер или был усыновлен. Матери лгали потому, что считали ее недостойной воспитывать ребенка, недостойной забрать его", — рассказала изданию Sputnik France автор книги "Дети Дюплесси: Подлинная история Элис Квинтон" Полин Гилл.

Власть церкви при новом режиме достигла небывалого масштаба: она получила доступ к здравоохранению, образованию и социальным услугам. Сироты содержались в приютах при монастырях, деньги на них выделяли власти (на детей с ментальными расстройствами в двойном размере). Лэндси считает, что католическая церковь разработала коррупционную схему: для увеличения доходов здоровых детей помещали в психиатрические лечебницы с ложными диагнозами. Некоторые детские дома были полностью переквалифицировали в психиатрические больницы.

"Некоторые школы, которые вполне можно было назвать приютами, где детям давали основы воспитания и образования, были преобразованы в психиатрические больницы. По данным исследований, религиозные учреждения, согласившиеся превратить монастыри и приюты в психиатрические больницы, получили 70 000 000 прибыли. Я видел много таких дел, детей даже не осматривали врачи. Монахини заполняли медицинские выписки. Часто в тридцати досье, заполненных одним и тем же почерком, все дети были признаны страдающими тяжелыми душевными заболеваниями", — рассказал Люсьен Лэндри.

Выжить в аду
Над детьми, отправленными в психиатрические лечебницы, ставили опыты, травили лекарственными препаратами, делали лоботомию. Живых продавали на опыты, мертвых – в университеты за 10 долларов. В 1999 рядом с одной из лечебниц была обнаружена братская могила, в которой покоились останки более двух тысяч человек.

"Увы! Проводились медицинские опыты над этими детьми, которых некому было защитить. Проводились опыты, часто лоботомия. На этих детях опробовали наркотики, многие от этого умерли. Но это уже другая история, об этом трудно говорить. У меня были свидетельства детей, видевших вещи, связанные с погребениями инкогнито", — рассказал Люсьен Лэндри.

Дети целыми днями могли сидеть в смирительных рубашках. Их пичкали мощными лекарствами и заставляли работать наравне со взрослыми. Они были лишены образования, ухода и заботы. Часто дети подвергались сексуальному насилию со стороны религиозных деятелей и администрации больниц. Когда Лэндри исполнилось 19 лет, ему удалось сбежать.

"Были сироты в возрасте 16 —18 лет, они работали в кафетерии, в прачечной, в разных местах. Я работал в кафетерии для персонала. Так мне удалось убежать. Поскольку мы были в психиатрической больнице и пытались бежать, у нас отбирали белье и надевали на нас рубашки, у нас не было ни обуви, ни чулок. Брили голову. Но работая в учреждении, можно было одеться и носить длинные волосы. Оттуда можно было убежать", — сказал он.
Право на право

По разным данным, жертвами режима Дюплессии стали около 300 тысяч детей. 200 тысяч из них были проданы на черном рынке по цене, варьирующейся от 45 долларов до 20 тысяч. Сто тысяч детей воспитывались в детских домах и психиатрических клиниках. Повзрослеть удалось лишь нескольким тысячам.

После свержения режима Дюплесси в 1960-1970-х годах, в жизни детей мало что поменялось. Правда об их судьбе начала появляться лишь в 1990-е годы. Сироты собрались вместе, чтобы попытаться вести нормальную жизнь. Проблема состояла в том, что им так и не сняли ложные диагнозы, поэтому многие из них оказались юридически недееспособными. Они жили на улицах, работали на низкоквалифицированных работах, либо побирались.

"Это началось в начале 1990-х годов. Некоторые сироты Дюплесси объединились, чтобы начать более нормальную жизнь, потому что их все еще считали недееспособными, поднадзорными. Они стали узнавать, почему их признали недееспособными. Так все и началось. Люди стали объединяться, предъявлять требования, в том числе, чтобы освободиться от этого статуса душевнобольного, как их тогда называли, чтобы можно было беспрепятственно решать их проблемы. В тот момент перед ними все еще стояла проблема управления их имуществом", — рассказал Лэндри.

Для него эта история закончилась хорошо. Лэндри отыскал родителей, познакомился со сводными братьями и сестрами. Но его история — одна на тысячу.

"Я родился то ли в Монреале, то ли в Квебеке, и они узнали, что я родился в Квебеке. Связались с моими родителями, спросив их, готовы ли они встретиться с сыном. Все прошло очень хорошо. Но иногда сирота, мать или отец отказывались встречаться, потому что они снова вышли замуж или женились. Но со мной все прошло хорошо, мы встретились, потом навещали друг друга. Я поддерживаю связь с моими сводными сестрами и братьями. Мне в этом смысле повезло", — сказал он.

РИА