Интервью заместителя Министра иностранных дел России Г.М.Гатилова информагентству «Блумберг», 27 декабря 2016 года

27.12.16 | 15:37

Вопрос: Как Вы оцениваете военно-политическую ситуацию в Ливии в настоящий момент? Есть ли признаки консолидации элит и видите ли Вы прогресс в борьбе против экстремистов?

Ответ: К сожалению, ситуация в Ливии к лучшему не меняется. Запущенный под эгидой ООН в марокканском г.Схират в декабре 2015 г. политпроцесс откровенно буксует. Действующий в Триполи с марта Президентский совет во главе с Премьером-министром Ф.Сарраджем, несмотря на международное признание, так и не стал подлинно национальным органом власти – полноценно начать работать он не может, его контроль распространяется лишь на очень ограниченные территории. Находящаяся в г.Тобруке (Ливия) Палата депутатов утвердить предлагаемое Премьером Правительство национального согласия (ПНС), как это предусмотрено схиратскими договоренностями, отказывается. Причина – несогласие с его составом и размером, неинклюзивный характер, низкая представленность востока страны.

Решить данную проблему удастся только в том случае, если власти в Триполи сумеют выйти за рамки своих узкополитических интересов и начнут равноправный диалог с самым широким спектром общественно-политических движений, племенных групп и национальных меньшинств. Такого пока не происходит.

В качестве главной задачи видим возвращение ливийских антагонистов к реализации схиратских договоренностей – прямому диалогу между всеми заинтересованными сторонами. Именно этим – а не попытками заключить сепаратные сделки с частью ливийского политистеблишмента за спиной других влиятельных игроков – должен заниматься и Спецпредставитель Генсекретаря ООН по Ливии М.Коблер. Пока же видим, что по части реализации своего мандата он недорабатывает, и мы это не раз говорили ему. Отсюда, видимо, и утрата интереса представителей восточных регионов страны к общению с ним. Понятно, что такое положение дел продвижению политического процесса в Ливии никак не способствует.

Пока трудно говорить о перспективах консолидации ливийских правящих элит. И это даже несмотря на серьезную угрозу, исходящую от экстремистов и террористов разных мастей. Нередко возникают конфликты и между различными влиятельными игроками. Так было в октябре с захватом комплекса государственных учреждений в Триполи людьми бывшего главы Правительства национального спасения Х.Гвейла.

При этом мы, естественно, видим, что как на востоке, так и на западе страны предпринимаются усилия, и притом немалые, в плане борьбы с терроризмом. В частности, от игиловцев, «Аль-Каиды» и их приспешников практически освобождены такие крупнейшие города, как Сирт и Бенгази. Хотя до полного уничтожения террористической гидры на ливийской земле еще далеко – для этого, прежде всего, необходимо прекращение межливийской розни и формирование инклюзивных, эффективных органов власти, как того требует Схиратское соглашение и утвердившая его резолюция Совета Безопасности ООН.

Вопрос: Какая позиция России по необходимости поставки вооружений (отмены эмбарго) ливийской национальной армии? Встречает ли она поддержку в ООН?

Ответ: Скажу откровенно, у нас, с учетом общей военно-политической ситуации в Ливии и того раздрая, который воцарился в стране после свержения М.Каддафи вследствие противозаконных действий войск западной коалиции, превысивших мандат, выданный СБ ООН, подобные идеи пока энтузиазма не вызывают – нет уверенности в способности властных структур, в том числе в Триполи, обеспечить контроль за сохранностью и надлежащим использованием полученных вооружений. Тем более, что регион и страна и так наводнены оружием, которое было разграблено после свержения М.Каддафи либо поставлялось некоторыми государствами Запада и региона (а это – широкоизвестный, хотя и неафишируемый факт) антиправительственным силам в нарушение оружейного эмбарго, введенного Советом Безопасности ООН. Усугублять ситуацию мы не хотим.

Вместе с тем не следует забывать, что резолюцией Совета Безопасности ООН 2174 установлен механизм рассмотрения заявок на передачу вооружений в Ливию. Поставки продукции военного назначения должны проходить соответствующие процедуры и предполагают, в частности, согласие всего состава Комитета СБ 1970 по санкциям в отношении Ливии, образованного из представителей 15 государств-членов Совета. Этот режим изъятий при необходимости может быть задействован после тщательного рассмотрения возможных заявок, что, кстати, неоднократно уже имело место.

Вопрос: Генерал Х.Хафтар в этом году дважды приезжал в Москву просить поддержки. Он учился в СССР, а также долгое время жил в США, считаете ли Вы, что это тот человек, насчет которого у Москвы и новой администрации президента США может быть консолидированное мнение и общая поддержка?

Ответ: Прежде всего, хотел бы отметить, что мы поддерживаем ровный, взаимоуважительный, доверительной диалог со всеми крупными ливийскими игроками. В этом состоит наш принципиальный подход, и не только в ливийском контексте. Посмотрите на динамику наших контактов с ливийцами. Помимо Х.Хафтара находимся в контакте и с Ф.Сарраджем (Министр иностранных дел России С.В.Лавров встречался с ним в Нью-Йорке в сентябре), и с Вице-премьером ПНС А.Майтигом, а в декабре к нам приезжал еще из г.Тобрука и председатель Палаты депутатов А.Салех.

При этом Х.Хафтар, безусловно, является ведущей политической и военной фигурой. Считаем, что ливийцам необходимо найти компромисс по его участию в новом ливийском руководстве – подключение ооновского Спецпредставителя М.Коблера к решению этого вопроса мы также были бы готовы приветствовать. Х.Хафтар немало сделал и продолжает делать в плане борьбы с террористами из «Исламского государства» и передачи под контроль государства нефтепроизводства. Не будем забывать и то, что за ним стоят политические силы Киренаики, а также многочисленные армейские подразделения и племенные группировки. Этот фактор нельзя сбрасывать со счетов.

Вопрос: Известно, что ОАЭ осуществляют авиаподдержку сил генерала Х.Хафтара. Какое к этому отношение у Москвы и в ООН? Просил ли Х.Хафтар у Москвы военную поддержку своих операций в Ливии?

Ответ: Еще раз хотел бы подтвердить, что в вопросах военно-технического сотрудничества с Ливией руководствуемся действующим в отношении этой страны санкционным режимом Совета Безопасности ООН, включающего в себя также оружейное эмбарго. При этом, как я уже отмечал, он предусматривает ряд исключений, регулируемых соответствующими положениями резолюций 2174, а также 2214 и 2278. Исходим из необходимости строгого следования букве указанных документов.

МИД РФ