Что такое «миротворцы в Карабахе» для Ирана?

17.05.16 | 09:13

Четыре апрельских дня боевых действий в Нагорном Карабахе привели к тому, что западные партнёры настойчиво «рекомендуют» «призвать миротворцев» в зону конфликта. Судя по интервью президента Армении Сержа Саргсяна американскому агентству Bloomberg, вопрос о том, быть или не быть «иностранным войскам» в зоне конфликта, больше всех беспокоит именно США. При этом американцы «оттеняют» свои устремления разговорами о том, что, мол, они «слышали из осведомлённых источников», что это Россия «хочет ввести войска». И это не первый прецедент, когда якобы «усилиями СМИ» (помним же интервью С. Саргсяна немецкой Deutsche Welle) Запад пытается внедрить идею о том, что якобы «без западных миротворцев не обойтись». Просто слово «западные» представители СМИ из Европы и США часто маскируют под выражение «международные разделительные силы» или «международные полицейские силы», и т. д. А чтобы замаскировать именно то, что подобный поворот событий нужен Западу, вбрасывают в медийное поле болтовню о «русских войсках».

Прежде чем говорить о миротворческих контингентах в зоне конфликта, следует обратить внимание на то, что одним из пунктов так называемых «Мадридских принципов» нечто подобное подразумевается, но это — самый последний пункт «принципов». В той или иной форме, но он ещё должен быть одобрен НКР. И мнение официального Степанакерта по идее о «миротворцах» в зоне конфликта на протяжении 22 лет было неизменным, мы ниже приведём доказательства, — никаких иностранных войск. В 2014 г. после трёхсторонней встречи в Сочи президент Армении заявил, что вопрос о «международных» или «российских миротворцах» вообще не поднимался. Если у кого-то возникают сомнения в искренности его заявления, то отсылаем сомневающихся к досочинскому (2014 г.) заявлению властей НКР о том, что Степанакерт исключает возможность дислокации иностранных войск в зоне своей военной ответственности. В 2015 г. глава МИД НКР Карен Мирзоян, отвечая на вопросы журналистов после встречи в Ереване со спецпредставителем ЕС по вопросам Южного Кавказа и кризиса в Грузии Гербертом Зальбером, заявил, что наилучшие миротворческие силы уже находятся в зоне конфликта, и это — Армия обороны НКР.

Далее — по статусу МГ ОБСЕ, ни одна страна-сопредседатель не может в одностороннем порядке формировать миротворческий контингент для зоны данного конфликта. Начиная с 2006−07 гг., единственной страной, открыто настаивавшей на направлении неких «международных полицейских сил», были США. Это неоднократно озвучивал тогдашний американский сопредседатель МГ ОБСЕ Мэтью Брайза. Безусловно, некая дискуссия в кулуарах в те годы велась. Но, во-первых — дискуссия «умерла» сразу же после событий августа 2008-го в Южной Осетии. Во-вторых, было известно, что американцы предлагали контингенты либо из НАТО, либо из войск стран, пусть и входящих в НАТО, но «незаинтересованных» и не имевших отношение к конфликту. Трудно было согласиться, что если членом НАТО является Турция, допустим, или даже Венгрия — то это «незаинтересованные» страны, ибо Турция и блокадой, и наёмниками, и отставными офицерами в азербайджанских штабах участвовала в войне, ну, а Венгрия более чем красноречиво повела себя в случае с убийцей Рамилем Сафаровым. Известно и о роли Турции в последней военной авантюре Азербайджана.

Не меньше вопросов вызывало упоминание, например, Украины и Литвы, Норвегии и Финляндии, и т. д. Скандинавы за время своих «сопредседательств» зарекомендовали себя как проазербайджанские действующие лица — и признания одного из шведских депутатов Европарламента, Ёрана Линдблада в том, что он за мзду лоббировал интересы Азербайджана в Европе по карабахскому вопросу, наглядно доказали, что опасения армян в связи со скандинавами обоснованы. Украина и Литва не просто наёмниками воевали на стороне Азербайджана, но и активно служили транзитёрами всякого (в том числе и натовского) оружия на Апшерон, а украинцы ещё и систематически ремонтировали азербайджанскую военную технику. Понятно, что в 2006−07 гг. такие предложения США не находили одобрения у Армении и НКР.

В те же годы также и Спецпредставитель генсека НАТО по Кавказу и Центральной Азии Роберт Симмонс активно и настойчиво «лоббировал» идею о том, чтобы Армения ОБЯЗАТЕЛЬНО просила о западных войсках в зоне конфликта. Впрочем, тем же промышляли и иные представители Запада — например, на Международной Тегеранской конференции по сотрудничеству и безопасности на Кавказе и в Центральной Азии 2008 года. За всё это время от России только пару раз звучало нечто схожее с предложением о направлении миротворческих контингентов. И тоже — в опосредованной форме. Логическим продолжением стало решение о формировании миротворческих контингентов в рамках блока ОДКБ СНГ. Но карты смешали всё те же события августа 2008-го в Южной Осетии. Тем не менее все западные эксперты на Тегеранской Международной конференции по вопросам безопасности в Закавказье и Центральной Азии в октябре того же года хором утверждали, что «без миротворцев армян ждёт гибель». А представительница… Швеции (!) славяно-македонского происхождения вообще пыталась буквально подавить представителей Армении своими познаниями о масштабах закупок оружия Азербайджаном, о численности его армии и т. д.

Однако интересен вопрос о факторе Ирана — как по вопросу о гипотетических «международных миротворцах», так и, соответственно, о переговорном процессе в целом. Все послы Ирана в Армении за годы после заключения перемирия в мае 1994 г. и самые различные высокопоставленные чиновники в Тегеране тысячи раз повторяли и повторяют — Иран не потерпит никакие иностранные войска на своих северных границах. А ведь южная часть зоны конфликта (и это — даже Нахичевань) и есть северные границы Ирана. Надо понимать, что реплики нынешнего американского сопредседателя Джеймса Уорлика о том, что якобы теперь война «больше не замороженная», наряду с его «принципами», именно на то и направлены, чтобы реанимировать разговор о «международных полицейских силах» в зоне конфликта. Учитывая темпы и направления сближения России и Ирана в последние 3−4 года, мы должны понимать, что позиция, отражённая в заявлениях Тегерана о недопустимости появления в Закавказье и Прикаспии ЛЮБЫХ иностранных военных «из внерегиональных стран», — это не просто прихоть Тегерана, но часть региональной стратегии, согласованная с Москвой. Иными словами, и возобновление войны в регионе, и возобновление болтовни о миротворческом контингенте сейчас выгодны только США. Ведь именно «западный лагерь» в апреле 2016-го настойчиво навязывает «разговор» о миротворцах для НКР. Напомним, что в конце сентября 2014 г. под давлением Ирана и России остальные прикаспийские страны, в том числе и Азербайджан, подписали политическое заявление, установившее запрет на присутствие вооружённых сил внерегиональных государств. Конечно, кто-то может сомневаться в том, а считают ли страны-«подписанты» и зону карабахского конфликта частью Прикаспия? Но в этом точно не сомневаются Иран и Россия. Поэтому даже Москве придётся ВСЁ согласовывать с Тегераном, а уж западному «международному сообществу» — тем более.

Иран ни разу за истекшее после 1994 г. время не менял и сейчас точно не изменит своё отрицательное отношение к вероятности появления каких-либо иностранных войск ни конкретно в зоне конфликта, которая прилегает к северным границам Ирана, ни вообще в регионе, называйте его Прикаспием или Закавказьем или даже «Южным Кавказом». При этом в случае со своими северными границами Тегеран и Турцию считает «внерегиональным государством» — именно потому, что Турция является активным членом НАТО. Таким образом, вопрос даже не в том, нужны или не нужны западные миротворцы в Закавказье, а в том, возможен ли подобный сценарий в принципе. В силу подходов НКР и Ирана Запад может сколько угодно переговариваться с Арменией, Азербайджаном или даже Россией по вопросу о миротворцах, но без прямых переговоров и согласия Степанакерта и Тегерана в зоне конфликта не может легитимно появиться ни один военный контингент чьих бы то ни было «миротворческих войск». Даже если допустить, что власти НКР могут быть «продавлены» официальным Ереваном, непреодолимым препятствием останется Иран — на него не особо «подавишь», нужны равноправные переговоры. И в этой связи следует помнить о некоторых подробностях договорённостей стран-членов МГ ОБСЕ в 2001 г. в Ки-Уэсте. Ведь там впервые Запад, причём в лице высшей власти США и Франции, признал, что карабахскую проблему в целом не решить без учёта ИРАНСКОГО ФАКТОРА в ходе переговоров под эгидой президента США Джорджа Буша-младшего. Тогдашний сопредседатель МГ ОБСЕ от США Керри Кавано заявил, что сопредседатели солидарно приняли решение о необходимости и целесообразности информировать Иран о результатах переговоров в Ки-Уэсте и последующих возможных изменениях в переговорном процессе. Честно говоря, неважно кто выдвинул такое предложение — тогдашний сопредседатель от Франции Филипп де Сюрмен или представлявший в Ки-Уэсте Россию (которая тогда неожиданно подняла планку своего представительства на переговорах до уровня 1-го замминистра иностранных дел РФ, спецпредставителя российского президента в странах СНГ) бывший глава Службы внешней разведки (СВР) РФ Вячеслав Трубников. Факт — то, что США были вынуждены согласиться с рекомендациями Франции и России. А чтобы отпали «сомнения» в том, как что и кто представлял Иран под «информированием» о ходе переговоров и возможных новых «изменениях», напомним: Тегеран официально назначил своим координатором при аппарате сопредседателей МГ ОБСЕ тогдашнего посла Ирана в Армении Мохаммеда Фархада Колейни. Это косвенно говорит об очень многом в позиции Тегерана по Карабаху.

Если же говорить о реакции Ирана на четырёхдневные бои в зоне конфликта и роли Турции в ряде антииранских акций (в регионе и в целом на международной арене), то многое объясняют следующие заявления Тегерана. Так, спикер парламента ИРИ Али Лариджани предупредил, что Иран и Россия не допустят войны в зоне конфликта (20 апреля), и «Тегеран рекомендует друзьям в Ереване и Баку не допустить возникновения новой войны в регионе». А экс-командующий Корпуса Стражей Исламской революции (КСИР), многолетний Военный советник аятоллы Али Хаменеи, генерал-майор Сейед Сэфэви 28 апреля в ходе конференции, посвященной региональным развитиям, заявил: «Политические, экономические, а также связанные с безопасностью отношения Ирана с политической системой Турции должны быть пересмотрены. Также необходимо провести определённое урегулирование, поскольку Анкара как союзник США, Израиля, а также некоторых арабских стран, действует в соответствии с их политикой».

Из этих оценочных, но и в то же время программных заявлений видно, что любые инициативы, исходящие от США и Турции, тем более — по Нагорному Карабаху и зоне конфликта, Иран будет торпедировать. То же относится и к НАТО в целом. Позиция Тегерана понятна — она исходила и исходит из того, что действия «триумвирата» США-Израиль-Турция несут в себе враждебность интересам и безопасности Ирана. Базирование же войск НАТО, пусть и под флагом «миротворческих сил», на своих северных границах Тегеран расценит как подготовку к агрессии или по крайней мере к осуществлению вооружённых провокаций и диверсионно-подрывных операций. И в этом плане ясно, почему Иран уделял и уделяет много внимания и населённому пункту Горадиз. Это довольно крупный транспортный узел, владение которым, как и контроль над прилегающими господствующими высотами и территориями, позволит враждебным силам наладить бесперебойный подброс войск и техники, боеприпасов и т. д. к иранской границе. Именно на этих территориях шли бои между армянами и азербайджанцами 2−5 апреля 2016 г. Поэтому понятно, почему, помимо России, и Иран был крайне заинтересован в скорейшем прекращении огня в зоне конфликта.

Сергей Шакарянц, политолог (Ереван)
Подробнее: eadaily.com