Ради Ирана Россия не войдет в "политический клинч" США-Израиль-Турция

29.03.17 | 12:56

Московский визит президента Ирана Хасана Роухани и его встреча с Владимиром Путиным имели, в первую очередь, военно — политический подтекст, хотя сторонами было сделано все возможное, чтобы сконцентрировать внимание мирового сообщества и масс — медиа именно на экономической составляющей состоявшихся переговоров.

Как изначально и предполагалось, состоявшаяся в Москве встреча и переговоры президентов Российской Федерации и Ирана были представлены именно в свете экономического подтекста как основной составляющей в стремительно развивающихся взаимоотношениях двух государств.
После состоявшихся переговоров в СМИ много говорилось о совместном сотрудничестве в сферах энергоносителей и энергетики, логистики, торговли. Сообщалось о множестве подписанных документов (общим числом 16), о том, что политико-экономические взаимоотношения стран переживают этап стремительного сближения.

И на этом фоне экономическая составляющая, конечно же, оставляет желать лучшего. И президентам следует исправлять перекос в данной сфере — об этом, несомненно, на встрече говорилось. С другой стороны, можно не сомневаться, что во время переговоров затрагивался также сирийский кризис, хотя в масс-медиа это было подано в достаточно обтекаемой форме. В основном говорилось о необходимости совместной борьбы двух стран с международным терроризмом во всех его проявлениях. Однако следует иметь в виду, что в Сирии наступает новый период. Дни Исламского Государства действительно сочтены и наступает время, когда между участниками полыхающего в стране конфликта разворачивается борьба за дивиденды и бонусы, причитающиеся за победу в войне с международным терроризмом. И получается, что обе действующие антитеррористические коалиции — и та, которую возглавляет Российская Федерация, и в которую входит Иран и официальный Дамаск, и западная коалиция, возглавляемая Соединенными Штатами Америки — имеют различное видение дальнейших событий в сирийском конфликте.
Коалиция, поддерживающая сирийского президента Башар аль Асада, изначально исходит из принципа территориальной целостности страны и, на конкретном данном этапе, сохранения действующего режима. Тогда как западная коалиция, на самом деле за все эти годы не сумевшая добиться отставки Асада, то есть, по большому счету, являющаяся проигравшей стороной, все равно делает все возможное, чтобы минимизировать успехи официального Дамаска на фронтах, ограничить его усиление в политическом аспекте.

На самом деле Россия и Иран, поддерживающие действующий в Дамаске режим, имеют все основания выступать с позиции победителей. Ведь реальность состоит в том, что регулярная сирийская армия вышла на правобережье Ефрата и операция по освобождению сирийской столицы ИГ- города Ракки без нее не обошлась, как ни старались ни США, ни Турция. С другой стороны, очевидно, что если возглавляемой Россией коалиции удастся одержать безоговорочную победу и сохранить территориальную целостность Сирии, то это будет означать, что Иран добился своего, получил в свое распоряжение прямые наземные пути сообщения с западом Сирии, выход в сторону Голанских высот, Палестины. Это вкупе с тем обстоятельством, что свои дивиденды от победы над Исламским Государством и спасением режима Башара аль Асада получит Хезболла, не может не волновать Израиль, который вынужденно активизирует свои усилия. Вот и получается уравнение со множеством неизвестных, которое решить, скорее всего, и вынуждены президенты Российской Федерации и Ирана на данном этапе развития сирийских событий. Видимо в первую очередь именно об этом и шел разговор за закрытыми дверями в Москве.
Понятно, что Россия не войдет в политический "клинч" с тройкой США — Израиль — Турция, которая намеренно обостряет и так уже напряженные донельзя взаимоотношения с Ираном. Но и уступать в вопросе территориальной целостности Сирии Кремль однозначно не будет.

Думаю, единственное, на что реально в данном контексте могут рассчитывать курды, которым американцы обещают золотые горы в виде признанного со стороны мирового сообщества новообразованного государственного образования Курдистан — это широкая автономия, которую и так изначально предлагал Дамаск. При подобном раскладе Турция, например, остается почти "при своих", а Израилю уже придется работать непосредственно с Курдской автономией, чтобы ограничить увеличение влияния Ирана на территориях, близких к ее границам. …Но это уже — совсем другая, новейшая история, которая еще и не началась. И, думается, президентам России и Ирана предстоит еще не раз встречаться и советоваться по вопросам Сирии и Среднего Востока за закрытыми дверями

armeniasputnik.am