Трамп в Эр-Рияде: как развязать ближневосточный узел?

23.05.17 | 16:35

Выступая в воскресенье на саммите региональных лидеров в Эр-Рияде, президент США Дональд Трамп, подчеркнул необходимость противостояния экстремизму в исламе.

По его словам, борьба с экстремизмом - "это не битва между разными верами", а "битва между добром и злом".

В ходе предвыборной кампании в США резкая риторика Трампа в отношении ислама вызывала немалое беспокойство в среде мусульман, однако его речь в Эр-Рияде была весьма выдержанной и сбалансированной.

Однако в том, что касается Ирана, недавние высказывания президента США сбалансированными никак не назовешь. Когда Трамп был еще кандидатом в президенты, он назвал договор с Ираном одной из худших сделок, когда-либо заключенных.

Месяц назад госсекретарь США Рекс Тиллерсон заявил, что политика США по отношению к Ирану проходит полномасштабную ревизию, и осудил Тегеран за "вызывающие тревогу провокации", заодно назвав Иран ведущим мировым спонсором терроризма.

Разумеется, когда вы едете в Саудовскую Аравию, и на кону у вас сделка по поставке оружия на 110 миллиардов долларов, слишком хорошо отзываться об Иране - давнем сопернике королевства, - очевидно, не следует.

Но зачем отзываться о нем так плохо? Обозреватель Би-би-си Михаил Смотряев расспросил об этом востоковеда Елену Супонину.

Елена Супонина: Позиция Трампа по Ирану вызывает серьезные вопросы и опасения. Нельзя полностью игнорировать страну с 80-миллионым населением. Помимо этого, Иран четко обозначил свои интересы в регионе Ближнего и Среднего Востока и отказываться от них не собирается.

Более того, на мой взгляд, в последние два-три года Иран позитивно сотрудничал с международным сообществом по вопросу своей ядерной программы, и это в итоге привело к успеху шестисторонних переговоров, по результатам которых стало возможным выработать механизмы контроля над ядерной программой Ирана. И очень жаль, если сейчас все это будет сведено на нет, а заявления Дональда Трампа вызывают опасения такого рода.

Очень многие американские политологи в последние годы писали о том, что с Ираном надо попробовать договориться, и предыдущая американская администрация работала в этом русле. Да, она допустила немало ошибок на Ближнем Востоке, ее есть за что критиковать - хотя бы за то, что Обама резко отвернулся от давних союзников - Саудовской Аравии и Израиля. Однако на иранском направлении Обама действовал правильно, что и позволило заключить соглашение по иранской ядерной программе летом 2015 года.

Беньямин Нетаньяху и Барак Обама

Правообладатель иллюстрацииGETTY IMAGESImage captionОтношения США и Израиля при Бараке Обаме заметно охладились. Он посчитал, что ядерная сделка с Ираном важнее

Если посмотреть аналитические разработки американских политологов последних лет, Джордж Фридман из Stratfor и многие другие писали о том, что Америке надо разворачиваться к Ирану лицом, что необходим новый "Рейкьявик" в отношениях между Тегераном и Вашингтоном, как это было в середине 80-х между Рейганом и Горбачевым, с целью если не полного восстановления отношений между двумя странами, то хотя бы снижения напряжённости. То, что сейчас делает и говорит Дональд Трамп - свидетельство движения в обратном направлении.

Би-би-си: В немалой степени Хасан Роухани выиграл президентские выборы в Иране благодаря соглашению по ядерной программе и последовавшему за ним облегчению режима санкций. Так просто санкции не снимешь, да и экономические достижения Ирана, возможно, не так велики, как иранцам хотелось бы, но они есть, и немало - обуздание инфляции, рост ВВП. Я полагаю, смена курса США в отношении Ирана ставит его в не самое удобное положение?

Е.С.: В неудобное положение американцы поставили Роухани еще накануне выборов, и победа на них далась ему не так уж легко. Ему удалось воспользоваться успехами своей внешней политики последних лет, но в плане экономики он смог бы заручиться большим, если бы те же американцы сняли действующие против Ирана санкции быстрее, чем они это делают сейчас.

Процесс частичного снятия санкций с Ирана идет очень медленно. Люди ожидали большего от Запада, от европейцев, но в первую очередь от американцев. И иранцы полагают, что в ответ на их сотрудничество с Западом они получили куда меньше, чем рассчитывали. Накануне выборов это осложнило положение Хасана Роухани, поскольку от него ожидали больших успехов в экономической и финансовой области. Так что здесь можно предъявить претензии Вашингтону.

Судя по резкости заявлений Дональда Трампа и их неизменности можно предположить, что это не случайно, что Америка сейчас не будет разворачиваться к Ирану так, как это виделось три года назад при Бараке Обаме, а наоборот, произойдет ужесточение американской политики в отношении этой страны. Это очень сильно беспокоит, потому что чревато новым витком конфликтов как в Сирии, так и в Йемене, и новым осложнением отношений между Саудовской Аравией и Ираном.

Дональд Трамп на митинге

Правообладатель иллюстрацииGETTY IMAGESImage captionЕще во вермя предвыборной кампании Дональд Трамп обещал пересмотреть ядерную сделку с Ираном

Би-би-си: Ужесточение американской политики, я полагаю, вызовет ответную реакцию в Тегеране. Насколько бы ни был миролюбиво и умеренно настроен президент Роухани, не он один определяет внешнюю политику, да и ему самому должно быть достаточно обидно. Насколько велика вероятность отката американо-иранских отношений к точке, на которой они находились несколько лет назад?

Е.С.: И во время президента Обамы в Иране были слышны голоса тех, кто не ратовал за улучшение отношений между двумя странам. Сейчас они зазвучат еще громче, и вновь избранному президенту Роухани придется это учитывать, тем более, что, как я подозреваю, это будет подкрепляться и экономическим давлением со стороны США. Все это, разумеется, иранцам не понравится, и можно ожидать усиления напряженности в отношениях. Особенно плохо то, что это охлаждение скажется на попытках договориться по Сирии и неизбежно осложнит поиск мирного решения конфликта в Йемене.

Би-би-си: Давайте вернемся к визиту Трампа в Рияд. Трамп предложил лидерам 55 государств (заметим, преимущественно суннитских) сообща бороться с терроризмом. Наибольшую непосредственную угрозу США сейчас представляет так называемое "Исламское государство", борьба с которым ведется не без прямого участия Ирана, в то время как монархии Персидского залива время от времени помогают боевикам деньгами. Насколько разумно портить отношения со страной, которая принимает участие в решении ваших проблем с терроризмом, которые вы сами решить не в состоянии?

Е.С.: Это то, о чем постоянно говорит Россия. Москва заявляет, что с Ираном можно и дальше сотрудничать в том, что касается борьбы с терроризмом. По Сирии Иран сейчас неплохо сотрудничает не только с Россией, но и с Турцией - членом НАТО, между прочим. Казалось бы, перед лицом угроз со стороны ИГ и "Аль-Каиды" - та же "Ан-Нусра" в Сирии - сам бог велел объединиться и иранцам, и туркам, и россиянам с американцами. А если бы американцы захотели, может, и саудовцы подтянулись бы.

Но нынешняя позиция Дональда Трампа указывает на то, что клин между Тегераном и Риядом, который и до этого был вбит глубоко, будет вбиваться и дальше. А это тревожно, потому что, помимо тупика в решении конфликтов в Йемене и Сирии, это чревато прямым столкновением между Саудовской Аравией и Ираном. Опасность эта существовала всегда, хотя ее и стараются избежать всеми силами. В настоящее время очень многое зависит от американцев: хотят ли они примирения между ведущими государствами Ближнего Востока, или наоборот, предпочтут и далее играть на противоречиях. Это вопрос будущего региона, и вопрос того, будет ли там большая война.

Дональд Трамп сейчас решает проблемы сегодняшнего и завтрашнего дня - только контракты на закупку вооружений Саудовской Аравией в ближайшие несколько лет превышают 110 миллиардов долларов. Для Америки это хорошо, это важно. Но кто думает о том, что будет послезавтра? На кого будет направлено это оружие? Иранцы опасаются, что Саудовская Аравия вооружается не случайно.

Поэтому, решая проблемы сегодняшнего дня, Дональд Трамп, как кажется, пропускает угрозу дня послезавтрашнего, а на Ближнем Востоке часто бывает так, что это, казалось бы, далекое будущее вдруг неожиданно наступает уже сегодня. Любой сюрприз может привести к непоправимым последствиям, и здесь от риторики до неприятных последствий - один шаг.

Йеменские солдаты в Сане.

Правообладатель иллюстрацииGETTY IMAGESImage captionПосле вмешательства Саудовской Аравии конфликт в Йемене перешел в новую, более кровопролитную фазу

Би-би-си: Если в Тегеране сейчас посчитают, что Саудовская Аравия вооружается не с абстрактной целью разобраться с хуситами в Йемене, а готовясь к прямому столкновению с Ираном? Понятно, на закупки американского вооружения Тегерану рассчитывать не стоит: во-первых, нет денег, во-вторых, никто не продаст. Но вот Россия продаст, а главное - Китай продаст. Может ли теперь внешняя политика Ирана претерпеть значительные изменения?

Е.С.: Скорее всего, в ближайшее время внешняя политика Ирана останется прежней. Однако чем больше на Иран будут давить, тем больше вероятность того, что это давление отзовется в каком-то другом регионе Ближнего Востока - в той же Сирии, Йемене или Ливане. В том-то и опасность, что противоречия между Тегераном и Риядом эхом откликаются в других уголках этого взрывоопасного региона. Такое развитие событий совершенно нельзя исключать, но есть еще шанс с Ираном договориться. То, что иранцы проголосовали за Роухани, говорит о том, что в большинстве своем граждане страны настроены на примирение. Главное сейчас - не упустить этот шанс, за что, кстати, всегда выступала Россия.

Проблема сейчас не в позиции Ирана или России и даже не в позиции Саудовской Аравии.

Загвоздка в том, как поведет себя сейчас Дональд Трамп: является ли его жесткая риторика и экивоки в адрес Израиля и Саудовской Аравии очередной попыткой ужесточить переговорные позиции и все-таки договориться потом с Ираном, или же это полная смена не только тактики, но и стратегии, направленная на то, чтобы оставить Иран в категории страны-изгоя. Последний вариант очень и очень опасен.

bbc.com