Риск фронтального столкновения американцев и армии Асада достиг максимума

17.06.17 | 12:12

США перебросили на базу Ат-Танф в Сирии реактивные системы залпового огня. Их местные союзники говорят о создании второй базы в Эз-Закфе. Причины спешки понятны: многомесячная эпопея движется к развязке, ставки резко возросли, и сложившуюся в Сирии ситуацию недаром сравнивают с гонкой по Европе весной 1945 года.

О том, что военные США передислоцировали ракеты с большим радиусом действия из Иордании на сирийскую базу Ат-Танф, СМИ сообщили со ссылкой на разведывательные источники. По их данным, речь идет об облегченных реактивных системах залпового огня (HIMARS), которые «окажут значительную поддержку для военного присутствия США».

Эти установки смонтированы на колесном шасси и могут нести шесть реактивных снарядов или одну оперативно-тактическую ракету. Предельная дальность – 480 километров, что критично для сирийских условий.

Американцы длительное время не разрабатывали новых ракетных или артиллерийских систем, посчитав, что они более не нужны в связи с исчезновением главного противника – Советского Союза. О разработках HIMARS впервые заговорили в 1994 году как об облегченном транспортабельном варианте (грузится в один военно-транспортный самолет С-130), что выгодно отличает ее от тяжелого варианта РЗСО М270А1 на основе гусеничного «Брэдли». Но только в 2002-м Корпус морской пехоты наконец-то договорился с сухопутными войсками о передаче ему 40 пусковых установок – пятитонных грузовиков, на которые с помощью монтажного крана и устанавливают HIMARS.

Первые системы расположили в Ираке в провинции Анбар и в Афганистане в провинции Гильменд. Там же, в Гильменде, случился первый инцидент, когда две ракеты попали в мирный дом, убив 12 человек.

В 2016 году США впервые применили HIMARS против ИГИЛ*, выпустив несколько ракет с территории Турции. Недавно появились данные и об использовании HIMARS для поддержки курдов под Раккой.

На самом деле это не такое уж страшное оружие, сравнимое (и даже уступающее по мощности и возможностям) с современным российским потомком «Града». Разовое применение даже батареи HIMARS вряд ли изменит фронт принципиально, это не залп «Урагана» или «Тайфуна» под Иловайском и у Алчевска. Так что в случае с Ат-Танфом интересен не сам факт размещения этой системы, а ее дислокация. Даже если забыть о том, что погранпереход Ат-Танф (американцы его называют Аль-Валид – по названию пункта на иракской земле) – территория суверенного государства Сирия, и самовольное размещение там войск другой страны есть нарушение этого суверенитета. О чем в четверг Пентагону лишний раз напомнило российское Минобороны.

Как уже писала газета ВЗГЛЯД, продвижение правительственных войск Сирии (по ряду данных, при поддержке российских ВКС) в сторону погранперехода Ат-Танф – событие стратегическое, чтобы не сказать – историческое. Сейчас в САР есть несколько фронтов, которые превратились в места столкновения глобальных интересов крупных держав. Можно в какой-то мере увидеть аналогии текущей ситуации с весной 1945 года в Германии, когда страны-союзники занялись гонкой, кто быстрее займет ключевые точки на территории издыхающего Третьего Рейха. Не отвлекся бы Георгий Жуков на армию «юного генерала» и «последнюю надежду Рейха» Вальтера Венка, глядишь, взяли бы на ходу Гамбург. Не бросились бы спасать Прагу от уничтожения, могли бы без боя Мюнхен взять. Тогда бы была единая новая Германия, и, следовательно, совсем другая геополитическая композиция в Европе.

Все это, конечно, весьма спорно с точки зрения истории, в которой не существует наклонения через «если». Но нечто подобное действительно происходит сейчас в Сирии, только, понятное дело, в других масштабах.

Поддерживаемые американской коалицией остатки вооруженных подразделений того, что ранее именовали «умеренной оппозицией» (она же «Сирийская свободная армия», ССА), теперь удерживает лишь крошечные территории. Без поддержки американской авиации эти люди склонны к панике и сдаче в плен с последующим билетом на автобус в Идлиб.

Сам Идлиб и небольшая часть провинции Дераа уже превратились в заповедник гоблинов, то есть джихадистов. За курдами остается примерно 25% территории Сирии, и не всегда курдской чисто этнически, так что возможна дальнейшая торговля. В конечном счете при благоприятном развитии событий Дамаск может вернуть под свой контроль до 65% территории страны, что и создаст базу для дальнейших переговоров о будущем устройстве государства.

При этом значительная часть внешней границы Сирии (например, с Ираком) де-факто находится под контролем шиитских формирований, ориентированных на Иран. Ат-Танф в этой ситуации стал последним стратегическим пунктом, который позволил бы проамериканским силам из ССА закрепиться на сирийской территории и таким образом поучаствовать в переговорах. При наиболее перспективном для американской коалиции варианте развития событий речь бы шла о разделе страны, с чем ни Дамаск, ни Москва категорически не согласны. Так крошечный погранпереход в пустыне, который и в лучшие свои времена состоял из пары зданий и двух дуканов, вдруг превратился в стратегическую точку, от контроля над которой может зависеть многое.

При таком раскладе размещение в Ат-Танфе американских артиллерийских систем носит скорее демонстративный, чем военный характер. Так метят территорию. Правительственные войска на этом участке фронта не обладают артиллерией вообще – она им там и не нужна была вовсе, а снабжать ее в голой пустыне сложно.

Сирийская армия вроде бы пока не планировала прямой штурм Ат-Танфа, но обойти его в пустыне сложно: боевики ИГИЛ продолжают яростно сопротивляться, пытаясь сохранить за собой последние нефтяные поля – реальный источник иссякающего дохода. Пробиться к Дейр-эз-Зору пока не получается по той же причине, что и выйти с юга к Евфрату, где гонка за территорией тоже превратилась в ключевой момент войны.

Все это не так бросается в глаза, как эпические битвы за крупные города, например тот же Алеппо, или вытеснение турок из-под Эль-Баба. Тем не менее речь идет о едва ли не главном скрытом мотиве большинства военных операций в САР даже чисто тактического характера.

Максимум возможностей проамериканских сил – контроль над 10–15% территории Сирии, что не прибавит им переговорных позиций. ИГИЛ постепенно будут выдавливать и из пустыни, а реально их позиции сильны только на востоке провинций Хомс и Хама, которые при некотором желании можно окружить, наступая на север от пальмирского выступа. События под Дейр-эз-Зором – отдельная история, требующая тщательного разбора. А все остальное – безлюдная пустыня, хотя на карте она и выглядит внушительно.

Примерно так же – по карте – мыслят и американские генералы, планируя из района Ат-Танфа по пустыне расширить контроль подконтрольных им оппозиционных группировок на север чуть ли не до Евфрата и соединиться у Ракки за 500 с лишним километров. Для чего и понадобились дальнобойные, но малоэффективные системы залпового огня.

Руководить войной по глобусу – привилегия генерал-лейтенанта морской пехоты Стива Таунсенда, а не генералиссимуса Иосифа Сталина, которому это незаслуженно приписывали. Будет интересно посмотреть, что из этого выйдет, но опасность фронтального столкновения сирийских правительственных войск и американцев резко возрастает. Возможно, что многое будет зависеть от степени прямого контакта российских центров управления и того же Таунсенда и его штаба.

Уже есть основания полагать, что речевой контакт с американцами в районе Ат-Танфа установлен. Но в итоге политическая инерция может перевесить прагматические соображения.

Евгений Крутиков

Источник: Взгляд