Тайны сирийской войны: друзский фактор

19.06.17 | 16:53

Самобытность друзов определяет, прежде всего, особый характер их религии. Это крайняя ветвь шиизма, со временем вобравшая в себя черты других конфессий. Хотя друзы признают мусульманскую шахаду, их нередко вообще не относят к мусульманам. Например, подобно индуистам, друзы верят в переселение душ: если кто-то из них умирает, значит в то же мгновение рождается такой же по духу новый друз. В атаку они идут со знаменитым боевым кличем: «Во чреве матери»! («Я готов умереть и вновь появиться»!).

Говорят друзы по-арабски и сами себя называют «мувахиддун» («единобожники»). Их главный пророк и святой – ветхозаветный Иофор (у евреев Йитро, у арабов - Шуайб), тесть Моисея. То есть друзы относят себя к приверженцам древнейшей авраамистской религии. Прозелитизмом не занимаются (друзом можно только родиться) и свои священные книги держат в тайне. По характеру друзы сдержанны и упорны. Отличные и бесстрашные бойцы, нисколько не уступающие в этом завзятым воителям – курдам.

Друзы известны своей исключительной лояльностью к странам проживания, что, видимо, проистекает из инстинкта самосохранения. Так, друзы внутренних районов Израиля (100 тыс. чел.) – абсолютные патриоты этой страны, служащие в армии и достигающие там высоких чинов. При этом друзы оккупированных израильтянами сирийских Голанских высот (около 50 тыс. чел.) уже 60 лет сохраняют сирийские паспорта и, несмотря на все посулы, не желают переходить в гражданство Израиля. Всего на Ближнем Востоке насчитывается приблизительно 2 млн друзов, из них около 800 тыс. – в Сирии. Проживают главным образом на юге Сирии в провинции Сувейда, на Друзском нагорье (Jabal al-Druze), где их сейчас около полумиллиона, и в провинции Кунейтра на границе с Голанами. Имеются также более мелкие друзские анклавы на севере провинции Идлиб и в Дамаске.

В начале гражданской войны в Сирии, когда было неясно, как повернутся события, друзы попытались сохранить нейтралитет. Проведенная правительством на их территориях мобилизация, по которой в армию планировалось призвать до 30 тыс. человек, была провалена. Даже широко известный лидер ливанских друзов Валид Джумблат в тот период выступил против Башара Асада. Более того, Джумблат неосторожно выразил симпатии «в борьбе с режимом» фронту «Джебхат ан-Нусра», спустя некоторое время объявившему себя частью «Аль-Каиды». Впоследствии онпризнал, что потерял из-за этого поддержку многих соотечественников-друзов. В результате его собственное политическое будущее в Ливане выглядит крайне сомнительно. Проявляли осторожность и некоторые друзские шейхи в самой Сирии, полагая, что друзам надо остаться в стороне от братоубийственных столкновений. Однако логика войны привела к тому, что отгородиться от неё не получилось. Друзы оказались под ударами всех оппозиционных фракций. На их защиту встал только официальный Дамаск.

Друзы хорошо запомнили, как в самом начале войны их небольшое подразделение Sultan el-Atrache Brigade присоединилось к оппозиционной Сирийской свободной армии (ССА), а затем было истреблено за «религиозную ересь» «Джебхат ан-Нусрой». Поддерживаемая американцами ССА совместно с «Нусрой» захватила значительные части провинции Сувейда, где устраивала этнические и религиозные чистки, брала заложников, убивала мирное население. На севере Идлиба в друзском анклаве Джебель Самак, состоящем из 18 деревень, джихадисты насильно обратили в ислам ваххабитского толка 25 тыс. друзов, заставив их разрушить свои святыни, что для друзов равносильно смерти. Причём земли этих людей были переданы местным туркоманам, которым покровительствует Анкара. Более двух десятков друзов были тогда показательно казнены, остальные обречены на голод.

Сейчас подавляющее большинство сирийских друзов твёрдо стоит на стороне правительства. Среди их милицейских формирований, лояльных Дамаску, наиболее организованна милиция Saraya al-Tawheed, связанная с ливанскими друзами, оппозиционными Джумблату. Не менее популярна Jaysh al-Muwahhideen («Армия монотеистов»), объявившая джихад всем, «кто вторгнется на друзские земли» (фактически это союз с Дамаском). Известна также Dir’ al-Watan («Щит Родины»), действующая по всей стране, но имеющая филиал в провинции Сувейда во главе с одной из наиболее значительных местных фигур, поддерживающих Асада, - шейхом Юсуфом Йербо (Yusuf Jerbo).

Иссам Захреддин

А наиболее авторитетная фигура среди сирийских друзов – харизматичный генерал-майор Иссам Захреддин (Issam Zahreddine), сам в молодости спецназовец. Он командует осаждённой в Дейр-эз-Зоре 104-й бригадой Республиканской гвардии и городским гарнизоном. Помогает ему в этом сын Яроб. Кстати, в своё время, до того как стать президентом, 104-й бригадой командовал Башар Асад. Она, по некоторым сведениям, укомплектована в основном друзами, стойко отбивающими беспрерывные атаки отрядов «Исламского государства» (ИГ) на протяжении уже трёх лет. Количество уничтоженных гвардейцами за годы осады боевиков (до 5000) более чем вдвое превосходит численность самой бригады. И с каждым днём героической обороны растёт авторитет возглавляющего её Иссама Захреддина. Для 104-й бригады это битва не на жизнь, а на смерть: её бойцы отлично знают, какая судьба уготована им, сдайся они на милость ненавидящего «иноверцев» и «отступников» «Исламского государства».

Обычно тщательно планирующие свои операции американские стратеги друзов явно «проспали». На протяжении всей сирийской войны Пентагон и его «выездной» штаб в Аммане считали главным направлением – южное, и именно сюда направляли основные ресурсы. Успешных в боях курдов американцы «открыли» сравнительно недавно, во многом уже при Трампе. На юге же они вместе с подопечной ССА были скованы «не замеченными» ими друзами.

Поворотной точкой явилось наступление оппозиции на юге летом 2015 года, поддержанное из Иордании советниками и разведками США, Израиля, Саудовской Аравии, Катара и самой Иордании. Целью был захват провинций Кунейтра, Дараа и Сувейда с последующим выходом на Дамаск. Правительственной армии пришлось тяжело. Спасли положение друзы. Их отряды сначала разгромили противника на горе Хермон в Кунейтре, затем после четырёх суток непрерывных боёв отстояли ключевую авиабазу Thaaleh в Сувейде. А населённые друзами пригороды Дамаска Ярамана (Jaramana) и Сахная (Sahnaya) сыграли немалую роль в обороне столицы.

Наступление изрядно потрёпанной оппозиции тогда захлебнулось, и до последнего времени наблюдался стратегический цугцванг, при котором любой ход ведёт к ухудшению позиции. Опасаясь друзской фланговой угрозы, весной 2017 года американцы двинули ССА уже не на север к Дамаску, а через Иорданию – на восток к Дейр-эз-Зору. Однако опять просчитались. Друзы не остались пассивными и практически полностью освободили свою провинцию Сувейда, а правительственные войска обошли исламистов с севера. По некоторым данным, в это время здесь находился «в отпуске» и доставленный спецбортом из Дейр-эз-Зора генерал Захреддин, вдохновлявший своих единоверцев на решительные действия. После американских бомбёжек правительственных колонн, продвигавшихся к границе Ирака, ССА пыталась контратаковать позиции друзов на востоке Сувейды в районе плотины Зулуф, но, понеся значительные потери, была вынуждена отступить ещё дальше.

В целом на завершающем этапе сирийской войны, когда главным дефицитом для всех её измотанных участников становятся людские ресурсы, роль друзов ещё больше возрастает. Их сохраняющийся мобилизационный потенциал, который они готовы выставить на стороне правительства, составляет около 30 тыс. бойцов всех линий. Напомним, что считающиеся «тяжеловесами» сирийской военно-политической сцены курды, занявшие благодаря стечению обстоятельств более 20% территории Сирии, смогли поставить под ружьё столько же – до 30 тыс. человек. В лице друзов, до сих пор «скрытых», на авансцену выходит не менее весомый фактор, с которым придётся считаться всем вовлечённым в конфликт сторонам как внутри Сирии, так и за её пределами.

В сложной этноконфесссиональной палитре сирийской войны одной из наиболее скрытых остаётся роль таинственной общины друзов, проживающих преимущественно в южных районах страны. Провал планов Пентагона с помощью Сирийской свободной армии (ССА) взять под контроль юг Сирии во многом объясняется недоучётом стратегического значения именно друзского фактора.

Фонд Стратегической Культуры